столом. Именно там я показал Марси свою задумку — простой чертеж. Она посмотрела на него, потом на меня, снова на чертеж и бросилась мне на шею. На следующие выходные мы пригласили маму в гости.
Мы сидели на кухне за нашим новым столом. Он был овальным, с мягкими креслами на колесиках — очень удобно, когда хочется достать газировку или пиво из холодильника. Я сел между женщинами и показал маме чертеж. Объяснил, как будет устроена её часть дома. Она будет пристроена за гаражом, со своими отдельными входами — с улицы и из гаража, — своей ванной и даже маленькой кухней, хотя мы, конечно, будем звать её обедать с нами каждый день. Коридор будет вести в хозяйственное помещение за кухней. Комната планировалась достаточно большой для пары кресел и телевизора, помимо спального гарнитура, и её можно было разделить на две поменьше, если она захочет.
— Марси показала тебе гараж, мам?
Я помог ей встать и вывел наружу. Поднял ворота, демонстрируя гараж на три машины.
— Новый Порше — мой, БМВ — Марси, значит, Хонда Сивик должна быть… твоей. Мы правда хотим, чтобы ты жила с нами, и не буду лгать: надеемся, что ты согласишься помогать с детьми, особенно когда я буду брать Марси в деловые поездки. Большинство из них всего на пару дней, а она мне очень помогает.
— Вы правда хотите, чтобы Я была здесь с вами… двое молодоженов и теща? Звучит как рецепт катастрофы.
— Не волнуйся, мам. Наша спальня на другом конце дома. Единственное изменение, которое я предвижу — мне придется перестать разгуливать в трусах.
— Джек! Ты никогда не ходишь здесь в трусах. Чаще всего на тебе вообще ничего нет!
Марси и мама разразились смехом, а я покраснел. Она была права: дома я почти всегда ходил голышом или около того.
Мама согласилась, и через две недели мы организовали переезд. Она оставила практически всю старую мебель, отдав что смогла на благотворительность. Туда же отправились старые вещи и тяжелая зимняя одежда. У нас бывает холодно, но не так, как в Сейлеме, и снег редко выпадает больше пары дюймов. Я встретился с несколькими подрядчиками и выбрал одного — не самого дешевого, но с лучшими рекомендациями. Один из наших сотрудников нанимал его для пристройки и остался в полном восторге. Работы начались как раз перед тем, как мама приехала на своей новой «Хонде».
Стройка заняла больше месяца, и строитель внес несколько дельных предложений. Посоветовал сделать под комнатой небольшое подполье, а не класть её на бетонную плиту.
— Так будет гораздо проще разобраться с сантехникой, если в будущем возникнут проблемы. Их быть не должно, но кто знает? У нас тут бывают небольшие землетрясения, и если плита треснет, ремонт труб влетит в копеечку.
Также он предложил установить пандусы из гаража и хозяйки на случай, если в будущем ей станет труднее передвигаться. Мама въехала примерно через месяц после завершения работ. Они с Марси накупили новой мебели и ковров. Купили новое белье, одеяла и полотенца. Её кухня в большой гостиной была простой, «камбузного» типа: раковина и посудомойка на «острове» с барной стойкой, но этого вполне хватало. У нее была полноценная плита с духовкой, холодильник и микроволновка. Комнаты были меньше её прежней квартиры, но уютнее, и главное — она была здесь, с нами, в безопасности и под присмотром.
Очевидная проблема заключалась в том, что все её друзья остались позади. Мы убеждали её записаться в какие-нибудь клубы или найти хобби, но она отнекивалась. В конце концов мы с Марси решили взять дело в свои
аспирантка Оля Викторовна