естественно, без зажима. Инга перевела дыхание и начала рисовать. Она изобразила их в образе фей: Алиса — фея заката с крыльями из лепестков пиона, Диана — фея леса с крыльями из дубовых листьев. Они сидели на лесной поляне, прижавшись друг к другу, и в их глазах была та самая сестринская нежность, которую Инга видела сейчас в реальности.
Час пролетел как минута. Закончив рисунок, Инга показала его девушкам. Алиса ахнула. Диана несколько секунд молчала, а потом тихо сказала:
— Ты волшебница. Ты правда волшебница.
— --
Разговоры
После рисования они снова сидели на диване — теперь уже не голые, а укутанные в лёгкие пледы. Разговор плавно перетёк от искусства к любви.
— Я вот думаю, — сказала Алиса, глядя в потолок, — лесбийский секс — это, наверное, красиво. Но все же извращение.
Диана насторожилась:
— В смысле?
— Ну... — Алиса замялась. — Для меня это как-то... странно. Не в плохом смысле! Я не осуждаю! Просто я не знаю, смогла бы я поцеловать девушку. По-настоящему. И тем более... что-то большее.
Диана переглянулась с Ингой. Потом сказала осторожно:
— А ты хотела бы попробовать? Просто поцелуй. Чтобы понять.
Алиса покраснела. Инга замерла.
— Я... — Алиса посмотрела на Ингу, на её губы, на короткие тёмные волосы, на плечи, выглядывающие из-под пледа. — Не уверена. Но может быть. Когда-нибудь. Для эксперимента...
И в этот момент хлопнула входная дверь. Возвращались родители.
— Ой, — сказала Алиса, сбрасывая плед и бросаясь к лестнице. — Я одеваться!
Диана и Инга тоже вскочили и побежали наверх, роняя пледы и перепрыгивая через ступеньки.
Алиса задержалась на выходе из гостиной и оказалась последней. И она нарочно задержалась в коридоре, когда услышала шаги отца. Плед она была абсолютно голой — плед остался где-то в гостиной, одежда там же. Она остановилась на последней ступеньке. Сердце колотилось где-то в горле. Сейчас он войдет, поднимет глаза и увидит её. Как тогда, в коридоре. Только теперь — не случайно.
Александр вошёл в дом. Увидел сброшенный плед на полу и поднял взгляд. Алиса стояла на верхней ступеньке лестницы — обнажённая, освещённая закатным светом из окна. Их глаза встретились. На секунду. На вечность.
Александр замер. Она была прекрасна. Такая же, как тогда — но теперь в ней не было испуга. Она смотрела на него прямо. С вызовом. С приглашением. Он почувствовал, как кровь приливает к паху, и с огромным усилием отвёл взгляд. Алиса улыбнулась — лёгкой, едва заметной улыбкой — и, вильнув голой попкой, скрылась за дверью своей комнаты.
Он стоял в прихожей и не мог пошевелиться.
— Саш? — голос Ольги из-за спины. — Ты чего застыл?
— Ничего, — он сглотнул. — Всё хорошо. Просто устал.
И он пошёл в спальню, чувствуя, как внутри всё горит.
— --
Воскресенье, 28 июня. Вечер. Автобусная остановка
Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в персиковые и сиреневые тона. На пустой автобусной остановке, залитой прощальным золотом, они стояли вдвоём — Инга и Диана. Автобус должен был прийти через десять минут и Инга уже стояла с рюкзаком на плече, а Диана держала её за руку и не хотела отпускать.
— Останься ещё на одну ночь, — сказала она тихо. — Позвони матери, скажи, что у подруги.
— Я не могу. Я и так все выходные у вас. Родители... ну, ты знаешь.
— Знаю. Но всё равно прошу.
Инга посмотрела на Диану — на её рыжие волосы, в которых запутался закатный свет, на зелёные глаза, полные грусти, на приоткрытые губы — и почувствовала, как сердце сжимается. Она шагнула вперёд и обняла Диану. Крепко, отчаянно, прижимаясь всем телом.
Лето изменившее всё! (Часть 9)