большим праздникам! И по моему личному разрешению! Пошли вы нахер все! И ты, Кирюха, иди нахер со своими дурацкими понятиями!
В его словах была злость, но не та, что бывала при серьёзных разборках. Это была обида пьяного хозяина, которому неблагодарные гости указали на непорядок в его же доме.
Все, включая самого Димона, понимали, что это просто эмоциональный срыв. Завтра всё забудется, и Лика снова будет «общей», пока Димону этого хочется. Таков был негласный закон его власти.
Сергей, чтобы окончательно снять напряжение, с надрывом рассмеялся и поднял свой стакан с водкой:
— Да ладно, братан, чё ты разошёлся не на шутку! Давай лучше ещё выпьем за именинника, а то он там, небось, уже второй раз кончает, бедолага! За здоровье Макса!
Все, кроме мрачно насупившегося Кирилла, который уставился в пол, подхватили эту идею. Димон, залпом отпивая водку, с раздражением думал, что Саня, даже отсутствуя, продолжает портить ему воздух и вносить смуту в его некогда идеально управляемое стадо.
***
Саня и Глебыч были похожи на двух титанов, застывших в смертельной схватке. Жилистое предплечье тренера сдавливало шею Сани, перекрывая дыхание и заставляя его видеть плавающие круги.
В ушах стоял шум, а в висках молотом стучала кровь, вытесняя все мысли, кроме одной: вывернуться и победить.
— Чувствуешь, где твоё слабое звено, а? — хрипел Глебыч ему в самое ухо. — Головой работай! Рывок, разворот, бросок! Разумом, а не только мышцами!
Саня дёрнулся, пытаясь вырваться. Бесполезно. Глебыч сидел на нём, как скала.
— Не... не получается пока, — выдохнул Саня, когда Глебыч ослабил захват. — А есть способ выбраться из этого захвата попроще. Допустим, если просто в драке тебя так прижали. Что делать?
— Попроще не бывает, Саня. Если бы всё было просто, то драться могли бы и балерины.
Но один способ есть, — сказал Глебыч, — только в ринге он не поможет. Сразу дисквалифицируют. Если хочешь, покажу.
Саня кивнул, не раздумывая. Ему было всё равно, что там в ринге. Он думал о другом. О драке, где нет правил и надо выжить любой ценой.
— Тогда давай, — сказал Глебыч. — Хватай меня.
Он развернулся к Сане спиной. И тот сразу же накинул на него руки в жесткий удушающий захват, который Глебыч показывал ему минуту назад. Но душил не сильно. Так, чтобы тренер мог говорить.
— Значит, для начала, слегка присядь, — начал Глебыч.
Он слегка согнул колени, и Саня почувствовал, как напряжение на его руках увеличилось. Тело Глебыча стало тяжелее, он давил на захват, не давая Сане зафиксировать его до конца.
— Так ты не дашь себя завалить на канвас. Если дал себя повалить, считай: всё кончено.
Глебыч замолчал на секунду, давая Сане время запомнить.
— Потом с локтя резко бьёшь в пах. Именно в пах.
Глебыч сделал быстрое, едва заметное движение. Локоть его ушёл назад, в сторону паха Сани, и замер в сантиметре от цели. Лишь обозначил удар. Но Саня почувствовал, как его тело и рефлексы среагировали на эту угрозу. Захват ослаб, и он инстинктивно отшатнулся, пытаясь защитить самое уязвимое место.
— А когда противник согнется, а он согнется, — продолжал тренер, — даже если он здоровенный бугай, у всех яйца болят одинаково, бей затылком в лицо. Не жалей себя. У тебя череп крепче, чем его нос. И всё, противник в ауте, — закончил Глебыч. — Но лучшая защита от этого приёма, просто в него не попадаться.
Он выпрямился, стряхнул руки Сани со своих плеч. Повернулся к нему. Лицо его стало серьёзным.
— Запомни, — сказал он. — В драке, где нет правил, нет запрещённых приёмов. Есть только ты
Королева пацанов 2. Глава 7