— Уже нет. Развёлся полгода назад. Она забрала почти всё, но некоторые вещи все еще остались у меня. Ну что, сходишь в душ и переоденешься?
Саша покраснел.
— Да, хорошо.
В ванную, когда Саша уже почти разделся, зашел Павел:
— Вот, возьми еще это, думаю ты знаешь что с этим делать. — и, с улыбкой, передал ему черные атласные трусики танго и якрко-красную помаду.
Саша долго стоял под горячей водой, сделал все о чем читал в интернете для того, чтобы подготовиться, потом медленно надел всё, что взял: мамины чулки, трусики, платье и туфли. Дрожащими руками накрасил губы — густо, аккуратно. Когда он вышел, Павел уже сидел на диване в одних трусах.
— Красивая… — выдохнул он. — А теперь на колени и ползи сюда.
Саша опустился и на четвереньках подполз к нему, непроизвольно виляя попой. Павел достал уже твёрдый толстый член и подвёл его к ярко-красным губам.
— Целуй.
Саша обхватил головку ярко накрашенными губами. Помада сразу начала размазываться — по всей длине члена появились влажные красные полосы и отпечатки губ.
— Давай яйца тоже, малышка. Покажи, как ты умеешь.
Саша наклонился ниже. Язык осторожно коснулся тяжёлых, горячих яиц. Он начал лизать их медленно, потом смелее — обводил языком, втягивал в рот по одному, покрывая слюнями. Помада оставляла ярко-красные следы. Павел стонал, запустив пальцы в его волосы.
— Блядь… смотри, какие красивые следы… Теперь член. Глубоко.
Саша заглатывал всё глубже, давился, но продолжал. Павел трахал его в горло, одновременно глядя вниз и довольно рыча:
— Какая же ты грязная сучка… весь мой хуй в твоей помаде… это очень развратно.
Через несколько минут Павел тяжело выдохнул и вытащил член из рта Саши с размазанной помадой.
— Всё, хватит сосать, — хрипло сказал он, поднимая Сашу с колен. — Сейчас я займусь твоей попкой.
Он резко поставил Сашу коленями на пол, а грудью положил на диван, задрал платье до самой талии и стянул трусики вниз до середины бёдер. Чулки туго обтягивали ноги. Павел быстро смазал свой член и попу Саши, немного подготовив его пальцами.
— Расслабься как можно сильнее, малышка, — спокойно сказал Павел, одной рукой крепко держа Сашу за бедро, а второй приставляя горячую, толстую головку прямо к дырочке. — Я не буду долго тянуть. Ты уже достаточно растянут. Сегодня я войду в тебя целиком.
Саша весь напрягся, вцепившись пальцами в край дивана. Блядь… он действительно сейчас меня выебет по-настоящему…
— Тссс, хорошая моя, — Павел начал давить, и головка медленно, но настойчиво стала раздвигать тугое колечко. — Дыши глубже. Чувствуешь? Вот так… твоя попка постепенно меня пускает. Какая же ты тесная… и какая горячая внутри. Расслабься, не сопротивляйся мне.
Саша закусил губу, тихонько заскулив. Ощущения были совершенно новыми и ошеломляющими.
Он чувствовал, как толстая, горячая головка медленно, но настойчиво раздвигает его внутри, создавая плотное, глубокое давление. Каждый миллиметр проникновения наполнял его странной, тяжёлой полнотой — будто тело постепенно принимало что-то очень большое и
Сестра бывшей девушки