оказался на пике райских наслаждений. Его наконец накормили, и очень вкусно, на столе было все, что он любил, небывалый голод перестал грызть желудок изнутри. Но даже это не могло сравниться с нереальным кайфом, который он испытал, кончая маме в рот. Он много фантазировал о маме в прошлой жизни, и это было далеко не пределом его мечтаний, но до всего этого он и представить не мог, что даже такая небольшая часть его желаний может воплотиться в жизнь. Мама окружала сына заботой, сколько он себя помнил, и избалованный парень всегда принимал это как должное. Но сейчас, наслаждаясь едой, пережив ярчайший оргазм в своей жизни, он испытывал и сильнейшую в жизни благодарность к матери. Пока они ели, он сказал ей спасибо еще несколько раз. Он оглядывал комплекс, видел осунувшиеся, напряженные, измученные лица парней и гордился мамой. Он был счастлив, что именно она нашла в себе силы выполнить испытание организаторов, и все это из благородного желания позаботиться о нем.
В утомленном разуме Екатерины шла борьба. С точки зрения ее всеобъемлющей заботы о сыне, она все сделала правильно, а с точки зрения общепринятой морали ее поступок был за гранью. Но теплые слова сына, которые она так редко слышала в свой адрес, его пронзительный взгляд, полный искренней, глубокой благодарности и восхищения, от которого у нее едва не потекли слезы, убеждали Екатерину, что ее поступок все же был подвигом, а не падением. Она с успехом выполнила свою задачу - позаботилась о сыне. Екатерина думала только об этом. Но если Ярослав был тем, кто нанес первый удар по общей стойкости участников, то второй удар Екатерины вышел в разы сильнее, трещин стало слишком много, и барьеры посыпались.
«Я все сделала правильно» - тем временем мысленно снова и снова твердила себе Екатерина - «Я все сделала правильно» - но почему-то, с каждым повторением, ей верилось в это все меньше.
Часть 5. Принцип домино
Алиса и Ярослав Никоновы из B2, сытно наевшись, долго пытались уснуть, но это им так и не удалось. Каждого мучил стыд - и друг перед другом, и перед остальными участниками. Алиса смирилась с тем, что поспать уже не получится и приняла сидячее положение. Взгляд ее стали притягивать парни из соседних камер. Она разглядывала красивые, рельефные тела Ильи Николаева из C1, Марка Новикова из B3. Даже боязливо стреляла глазами на Павла Кузнецова из B1, чье тело было не так привлекательно, но который зато был единственным из парней, кто не пытался скрыть свой вздыбленный эрегированный орган. От нее не укрылось и то, что еще недавно отстрелявшийся член ее сына, не спешивший снова поднимать голову под гнетом стыда, опять начал увеличиваться и напрягаться. Алиса снова почувствовала, что краснеет, но теперь не только от стыда, но и распаляясь. Она стала чувствовать разгорающееся внизу живота тепло и ощутила, что между ног у нее стало влажно. Это удивило Алису, но она решила, что эта странная реакция связана со стрессом после двухдневного голода, и его резкого и чрезмерного удовлетворения.
Ярослав, чей стыд начал постепенно, не без помощи слов ведущего, униматься, и сам не заметил, когда его мысли снова перетекли на фантазии о маме, и член опять начал восставать. Когда по комплексу снова распространилось оживление, связанное со вторым прохождением испытания в камере D4, когда он увидел выполнение Сорокиных на экранах, его член снова покраснел и набряк, требуя новой разрядки.
Марк Новиков из B3 стоял в углу камеры и старательно, пуская слюни, разглядывал праздничный стол, которым организаторы наградили камеру D4. Он пялился
Арина(часть первая)