из головы не выходило, что в соседней машине сидит моя мама. И ещё из головы не выходило, что Стейси, скорее всего, наваляет мне по первое число — или, что ещё хуже, вышвырнет меня из машины в таком виде.
— Зелёный уже? — спросила я, теряя терпение.
— Пока нет. Но когда загорится, я немного проедусь рядом с твоей мамой — слишком уж это сексуально, чтобы сразу сворачивать.
Господи, да она извращенка, если находит это сексуальным.
— Пожалуйста, не надо, Стейси, — взмолилась я. — Тебе не кажется, что ты просто издеваешься?
— Ой, Аманда. Я бы никогда тебя не обидела. За последние пару дней я так к тебе привязалась, что убила бы любого, кто попытался бы тебе навредить.
Должно быть, как раз тогда и зажёгся зелёный, потому что я почувствовала, как машина снова тронулась. Я надеялась, что насчёт мамы она пошутила.
— Ты уже отъехала от неё? — с надеждой спросила я.
— Пока нет. Вообще-то я только что пропустила свой поворот. Ну да ладно, развернусь чуть дальше. Тебе там удобно?
— Нет, — отрезала я.
— Я вижу мокрое пятно, которое ты оставила на сиденье. Наверное, ты забыла подстелить полотенце, прежде чем села. Но я не в обиде — уверена, вибрация от дороги мешала сдерживаться.
Я заметила пятно, о котором она говорила, — оно растеклось полосой по сиденью оттого, что я с него соскользнула. Ох, до чего же это постыдно — хочется поменяться с кем-нибудь местами. Вот бы прямо сейчас оказаться на месте Стейси и дать ей прожить её фантазию — поделом бы ей было.
Я почувствовала облегчение, услышав это, и медленно вползла обратно на сиденье, но когда выглянула в окно, чтобы быстро посмотреть, — моя мама всё ещё была рядом с нами.
— Чёрт тебя побери, Стейси! — заорала я, снова ныряя вниз. — Зачем ты это сделала?
— Прости. Я же говорила — иногда я слабая. Она тебя не видела, по крайней мере, я так думаю.
Потом она засмеялась и сказала «шучу», но мне смешно не было. Что бы я сказала маме — почему я разъезжаю по городу, когда должна быть в институте, и с какой стати я от неё прячусь? Господи, я хочу убить Стейси.
— Ладно, на этот раз она правда свернула, — попыталась убедить меня Стейси.
— Ты опять врёшь, — крикнула я в ответ.
— Не вру. Вот, я даже прямо сейчас развернусь, чтобы тебе доказать.
Я почувствовала, как машина замедлилась, увидела, как Стейси крутанула руль, и мы резко развернулись.
— Видишь. Это, наверное, вообще был запрещённый разворот, и я сделала его специально ради тебя.
Я медленно подняла голову, выглянула в окно и с облегчением убедилась, что на этот раз она сказала правду. Я опустила взгляд на себя и увидела, что соски затвердели и встали торчком, а кожа стала ярко-красной. Хоть бы это перестало со мной происходить.
— Вот поворот к моему дому, Аманда, — сказала Стейси, замедляясь перед поворотом. — Через секунду будем на месте. Скоро тебе станет гораздо лучше, малышка.
— Пожалуйста, не называй меня так.
— Что, не нравится «малышка»? А как тогда тебя называть?
— «Аманда» было бы неплохо, раз уж меня так зовут.
— Какие мы раздражительные. Тебе отчаянно нужно кончить, девочка, и поскорее.
— Подожди здесь, я принесу тебе чего-нибудь выпить — сразу полегчает.
С этими словами Стейси подошла к полке, взяла стакан, а затем заглянула в холодильник и вытащила кувшин
Поездка к маминой маме