Волна огромного облегчения прокатилась по моему телу при этих словах. Я испытала такую радость, что мгновенно забыла, на что они только что заставили меня согласиться.
— Да, пронесло тебя, сладкая, — объявила Эмили. — Но смею тебя заверить: больше такого не повторится. Хотя поверить не могу, что эта дурочка Стейси так легко нашла способ тебя уломать.
— Невероятно, — добавила СиДжей. — Впрочем, завтра же первым делом во дворе установят джакузи, и с самой лучшей системой струй.
— А также с камерами, направленными на него, — вставила Эмили. — Судя по тому, какие блаженные звуки ты издавала в джакузи Стейси, не думаю, что в новом ты долго продержишься.
Они вдвоём заключили меня в крепкие объятия, и я думала, что задохнусь — так сильно они меня сдавили. Отпуская, обе чмокнули меня в щёки.
— Пойдём в дом, пусть Эми вздремнёт. По-моему, у неё сегодня был тот ещё денёк, — сказала СиДжей, направляя меня к дому.
— К тому же впереди у неё захватывающая ночка, — с хитрой улыбкой добавила Эмили, открывая перед нами парадную дверь.
****
Когда я заходила в душ, часы на туалетном столике показывали 6:50. Мне нужно было не только вымыться перед сегодняшним выходом в свет — которого я ждала с ужасом, — но и проснуться после дневного сна на моей обогреваемой раскладушке. Сама не верю, как легко я отключилась: уснула буквально через несколько минут после того, как легла. Эмили разбудила меня около четверти седьмого и сообщила, что Гейл только что приготовила ужин и я должна подать его на стол. По крайней мере, на этот раз мне разрешили сидеть за столом вместе со всеми, а не есть у стойки, как заставляла Гейл прошлым вечером. Сегодня на ужин было домашнее рагу и кукурузный хлеб. Рагу я съела всего две миски, а вот хлеба умяла больше половины.
— Ты у нас, никак, за углеводами следишь, Эми? — подколола СиДжей.
Когда я убрала со стола, мне велели идти в душ и расплести косички. Я уже было направилась на улицу пописать, но мне приказали на этот раз воспользоваться обычным туалетом — сказали, это тоже часть наказания. Я поймала себя на том, что осматриваю унитаз изнутри на предмет камер, и, насколько могла судить, ничего подобного не заметила. Я пописала так быстро, как только могла, и надеялась, что сумела заслонить собой предполагаемую камеру — насколько это вообще возможно. Прежде чем залезть в душ, я с радостью расплела косички и как следует встряхнула волосы — до смерти надоело выглядеть как маленькая девочка. Хотя, глядя на себя в зеркало — с голым лобком и бледной кожей, — я всё равно выглядела младше своего возраста. Что бы ни входило в состав того средства для мытья, оно реально работало: кожа до сих пор такая же мягкая, как в воскресенье, и ни малейшего намёка на щетину где бы то ни было.
В душе я пользовалась выданным мне куском мыла — не знаю, что за марка, но пахло очень приятно и отмывало грязь на ура. Голову я мыла тем же органическим шампунем, который мне давали в отеле в Юджине, — он тоже чудесно пах, и от него кожу головы приятно покалывало, когда я смывала. Отсутствие занавески напоминало, что меня снимают, так что, когда дошло до интимных мест, я старалась мыться как можно более буднично и даже пыталась немного прикрыться, хотя и понимала, что это, скорее всего, бессмысленно. И всё же вылезать из душа не хотелось — я тянула
Фантазии