— сказал он с деланной серьёзностью. — Я хочу тебе кое-что показать.
— Что? — я уже раздражалась.
— Оттуда не покажешь. Надо вблизи посмотреть.
— Что бы там ни было — мне неинтересно, — отрезала я и уткнулась в учебник.
— Промах, Дэйв, — подколол его сосед. — Говорил же, ты для неё слишком тупой.
— Но у меня же «отлично»! — возмутился Дэвид. — Я не то что Кевин с его жалкой тройкой с минусом. С таким и разговаривать незачем — правильно она его отшила.
— Она просто недотрогу строит, — заявил Кевин. — Сама знает, кого хочет.
— У меня вопрос, — заговорила Ким — та самая, что зыркала на меня раньше, — подавшись вперёд. — С чего ты вдруг выставляешь напоказ всё своё барахло?
— Ким! — в ужасе зашипела соседка. — Она же расскажет миссис Дэвис!
— Я не понимаю, — продолжала Ким резким тоном. — У тебя течка, что ли? У тебя дом обокрали — всё, кроме трусов и тренировочной формы, вынесли? Или ты в самом деле считаешь, что у тебя шикарное тело и нам всем не терпится на него смотреть?
— Мне не терпится, — вставил Дэвид. — Спорим, у неё тело — лучше твоего.
— Плевать, — отрезала Ким. — Это не я тут хожу с жирной задницей наружу. Господи, да ты, наверное, итальянка или испанка — с такой-то задницей. И с какой стати ты её вообще выставляешь?
— Я был бы рад, если бы у всех девчонок были такие задницы, — встрял Кевин. — У большинства в этом институте они плоские, будто в них воздух забыли закачать. Безобразие.
— Пошёл ты, грязная свинья, — рявкнула Ким и снова повернулась ко мне. — Скажи просто — зачем ты это делаешь?
Я почувствовала, как подступают слёзы, и изо всех сил сдерживала их — нельзя дать ей меня доконать, тем более что я приклеена к стулу. Если заплачу — не смогу встать и уйти. Я глубоко вздохнула и заставила себя посмотреть на Ким, сверлившую меня взглядом.
— Не твоё дело, — тихо, но внятно произнесла я и снова опустила глаза в книгу.
— Вот именно, дура тупая, — закричал на неё Кевин. — Не твоё собачье дело — так заткнись. Просто завидуешь, потому что страшная.
— Сам страшный, — по-детски огрызнулась она.
— Может, хватит уже?! — возмутился ботаник Дрейк. — Некоторые пытаются работать над докладами, а вы отвлекаете.
— Вот именно, — поддержал Дэвид. — Нам, отличникам, нужен покой. А всяким троечникам и двоечникам — помалкивать.
Я продолжала притворно читать учебник и молилась, чтобы время шло скорее. Тревога нарастала, сердце колотилось в груди. Чёрт, мне ещё и в туалет надо. Да твою же мать, не может быть. Я заметила на краю стола острые ножницы и пожалела, что рядом нет пледа или хоть чего-то, чтобы завернуться и вырезать себя из этой одежды. Боже, как неудобно.
— Можно в туалет? — спросил один из парней (кажется, Том — судя по розданным работам). — Мне бы облегчиться.
— Дрочить пойдёшь, — вставил Дэвид под новый взрыв хохота. — Я знаю, тебе «верблюжья лапка» покоя не даёт.
— Я не знаю, где пропуска, — ответила я ему.
— Я быстро, честное слово, — взмолился он. — Можешь даже Джулию послать — пусть проследит.
— Никуда я с тобой не пойду, — заявила Джулия. — Я про тебя и Таню слышала — даже пальцем тебя не трону.
— Да она врёт всё, — принялся оправдываться Том. — И бюстгальтер набивает, кстати. Вот этого вы
Армейская история