«Саша, ты нужен в актовом зале. Срочно. Вопрос по спектаклю». И отправила.
Ждали недолго — минут через десять дверь актового зала скрипнула, и вошел Саша. Он был одет просто: темно-серые джинсы-скинни, которые обтягивали его худые ноги и заметно выделяли округлость ягодиц — как оказалось, джинсы сидели на нем плотнее, чем на некоторых девушках. Сверху свободная белая рубашка с закатанными рукавами, расстегнутая на две пуговицы, открывала ключицы и гладкую, без единого волоска, грудь. Его длинные, чуть вьющиеся на концах волосы цвета темного меда были распущены и падали на плечи. Саша был высок — метр восемьдесят, — но из-за худобы и отсутствия широких плеч казался еще выше.
— Привет, — сказал он негромко, останавливаясь у входа. В его карих глазах читалось напряжение. — Что случилось?
— Саша, иди сюда, — Юля поманила его пальцем. Парень подошел, оглядываясь на Таню, которая стояла теперь рядом с Юлей, опустив глаза. — У нас проблема. Ира заболела. Ты должен заменить ее в сцене.
Саша замер. Его лицо вытянулось:
— Я? В роли... девушки?
— Ну да, — Юля улыбнулась самой очаровательной своей улыбкой, от которой мальчишки обычно таяли. — Ты идеально подходишь. У тебя фигура как у модели. Платье сядет отлично. Ну, пожалуйста. Не для нас — для школы. Репетиция через час, Татьяна Викторовна придет проверять.
— Но я... я не могу, — Саша покраснел. Таня заметила, как его уши начали розоветь — сначала мочки, потом вся раковина. — Я даже на сцене никогда не был.
— В том-то и дело, что твоя героиня тоже впервые на балу, — быстро сказала Юля. — Твое смущение будет плюсом. Ты просто выйдешь, скажешь две фразы и сядешь. Получится гениально.
Таня подняла глаза на парня, встретилась с ним взглядом и почувствовала странный толчок в животе — смесь сочувствия и собственного волнения. Она видела, как одноклассник переминается с ноги на ногу, как нервно сжимает пальцы.
— А кто меня будет... ну... готовить? — спросил Саша, шумно сглатывая.
— Мы с Таней, — Юля указала на себя и на подругу. — Ты же не против, если девушки тебя приоденут?
Саша молчал долгих десять секунд. Потом опустил голову:
— Ладно. Но только один раз. И никому ни слова.
— Договорились, — Юля хлопнула в ладоши. — Тогда пошли за кулисы. Там есть гримерка.
За кулисами было полутемно и прохладно. Старое зеркало с трещиной в углу, облупленный стол, стул, вешалка. Юлия достала из своего большого черного рюкзака, который притащила с собой, несколько пакетов. Она начала выкладывать содержимое на стол.
— Это платье, — она развернула нежно-розовое шифоновое платье миди с открытыми плечами и пышной юбкой. — Ире, оно чуть велико, а тебе должно быть впору.
— А это... — Саша увидел на столе маленький кружевной кусочек ткани. — Это что?
— Трусики, — спокойно ответила Юля, беря в руки черные стринги из тонкого кружева с маленьким бантиком спереди. — Для полного вживания в образ. И бюстгальтер, — она показала на пуш-ап с тонкими бретельками.
— Я... я не буду это надевать, — Саша отступил на шаг. — Платье — ладно, но трусы... Это уже слишком.
— Саш, — Юля подошла к парнишке вплотную. Ее топ почти касался его рубашки. Девушка смотрела снизу вверх (хотя из-за каблуков разница была всего сантиметра три). — Если ты будешь в своих боксерах, под платьем будет видна линия. И когда ты сядешь, это будет заметно. На сцене при свете — тем более. Ты же не хочешь, чтобы все увидели, какие на тебе трусы?
Случай в дорожной гостинице.