перевернувшись. «Не стоило мне этого говорить. Я знаю, ты ничего не сделала специально». Она вздохнула. «Здесь так скучно!» Она даже топнула босой ногой. «Я не хочу спать и делать нечего!»
«Мы могли бы поиграть», — предложила Синди.
«В какую игру?» — спросила подруга.
«Не знаю», — сказала Синди, размахивая футболкой в руке. Она уже собиралась повторить за Дениз и повесить её на другой конец карниза, когда поняла, что её попа тоже будет видна. «Мы могли бы придумать!»
«Как насчёт двадцати вопросов?» — сказал Дик, пытаясь вернуть разговор в нормальное русло. «Мы постоянно в это играли. Или в «Я думаю о каком-нибудь животном»******, или что-то подобное».
Дениз наклонила голову. «Это было весело, когда я была маленькой. Почему бы и нет? Это лучше, чем просто сидеть и смотреть на стены».
Дейв с трудом сдержал нервный смех, думая о том, что последнее, на что он будет смотреть в этой комнате, — это стены. Не тогда, когда по комнате разгуливают две полуобнаженные девушки. Он знал, что его дочь тоже без трусиков, судя по словам Дениз.
==================================
Как только решение было принято, девушки плюхнулись на кровать. Они сели, сведя колени вместе и раздвинув ноги в стороны, опираясь на руку. По крайней мере, сначала. Дик с благодарностью опустился в кресло, а Дейв начал ложиться на другую кровать, пока не понял, что он застыл как доска от вида задницы Дениз и что если он ляжет на спину, это будет выглядеть так, будто хорек заполз ему в штанину и свернулся калачиком у него на коленях. Вместо этого он лёг на бок, прикрыв выпуклость рукой.
Они начали с животных. Количество вопросов было неограниченным, но на них нужно было отвечать только «да» или «нет». Дениз начала, думая о пингвине. Её отец, который много раз играл в эту игру, быстро сузил круг поиска, спросив, птица ли это и летает ли он. После этого остальные ответили на три вопроса.
Следующей пошла Синди, пытаясь поставить их в тупик, думая о утконосе. Эта игра длилась долго, пока Дениз не спросила, рожает ли это млекопитающее живых детенышей.
Дейв попробовал слона, что оказалось до смешного просто после того, как Дениз спросила, крупнее ли он лошади.
Затем Дик, который много лет назад много раз играл в эту игру, заставил всех поволноваться почти пять минут, думая о яке.
Игра продолжалась, отнимая минуты и настроение разрядилось, когда они попытались придумать более редких и сложных животных. Девочки, не задумываясь, поправили позу и устроились по-турецки на кровати. Их природная скромность гарантировала, что делая это, они прикрыли свои обнаженные тела рубашками.
Всё было хорошо, при условии, что ни одна из девочек не поднимет руки.
Проблема заключалась в том, что сидеть долгое время, не поднимая рук и не двигаясь, — это неестественно.
В своем периодическом возбуждении девушки все же двигались и полы их рубашек тоже двигались.
Они переключились на мысли о чем-то другом, кроме животных, когда начался спор. Дейв придумал кварк, что, по его мнению, было замечательной идеей, и никто, кроме «атома», не смог приблизиться к нему. Когда они наконец сдались, и он сказал им, что это такое, Дениз вскинула руки вверх и сказала: «Ну и неудивительно! Это же субатомный размер! Это несправедливо!»
Внезапно Дейв получил беспрепятственный вид на две надутые губы Дениз, прижатые к её вагине, под спутанной копной каштановых волос. Когда её руки опустились, рубашка тоже опустилась, но зацепилась за этот пучок волос, оставив её обнаженной. Его глаза расширились и он перевернулся на спину, прикрыв глаза одной рукой.
«Не нужно переусердствовать!» — сказала Дениз, не понимая, что произошло.
Нинка и Светка