— Мне только что пришла в голову самая злая мысль. Что, если он войдёт в ту комнату и выместит злость на маме, а ты пойдёшь туда и поможешь ему?
Я был удивлён.
— Ты грязная девчонка. Ты хочешь, чтобы мы с папой вдвоём трахнули твою маму?
Она усмехнулась.
— Это была просто идея. Два огромных хуя сразу? Она будет должна мне, наверное, вечность. — Она рассмеялась. — Боже, Джереми! У тебя встал? Хочешь побаловаться с моей мамой?
— Фантазирую. Я представлял себе, как вместе с папой ублажаю девушку... или двух.
— Меня? — нервно спросила она.
— Может быть. — Я не мог сказать, что это была бы моя мама.
— Кого ещё? — спросила она, поглаживая мой член.
— Тётю Мари, а теперь и твою маму.
— Как ты себе это представляешь, со мной? — спросила она.
— Я не позволю ему иметь эту киску, — поддразнил я. — Она вся моя. Я подумал, что он мог бы рассказать нам, насколько ты близка к тому, чтобы быть такой же хорошей, как мама, в отсосе.
Она надулась.
— Это было бы несправедливо. Я не смогу дать ему всё, что смогу, если твоя большая штука будет во мне.
— Вот почему это фантазия. В моих мечтах ты идеальна.
Она улыбнулась и поцеловала меня.
— Ты фантазируешь обо мне?
— Да. Я фантазирую о тебе.
— А как бы ты поступил с моей мамой? — спросила она.
Я засмеялся.
— Мы бы сделали её нашей голодной до кончи шлюхой. Во все дырки, всеми способами. Мы бы измотали её. Рот и киска, рот и попка, киска и попка, каждый из нас по очереди в каждую дырку. Мы ебали бы её часами, а когда она кончала, мы продолжали использовать её до тех пор, пока не смогли бы её довести. — Я прошептал ей на ухо: — А когда бы она слишком уставала, чтобы продолжать, я приводил тебя, чтобы ты поддерживала нас своим потрясающим ротиком, прежде чем выебать всё дерьмо из бессознательного тела твоей бедной мамочки.
— Боже, как это грязно. Ты бы хотел трахнуть её в жопу?
— Не знаю. Никогда не делал этого. А вот папе нравится. Они с мамой делают это постоянно, по крайней мере раз в неделю. Если мы займёмся твоей мамой, я не позволю папе одному ебать эту большую аппетитную жопу.
— Господи, Джереми! Это просто безумие. Возможно, нам придётся это сделать.
— Я, папа и твоя мама? Или я, папа и ты? — поддразнил я.
— Ты действительно позволишь мне сделать ему минет? — нервно спросила она.
Я бы позволил ей? А не заставил бы?
— На самом деле я бы хотел, чтобы моя мама учила тебя, работая со мной и папой.
— О, Боже! Правда? Два больших хуя? И все мои? — пробормотала она, потираясь об меня. — А почему ты хочешь меня вдвоём со своим отцом? — спросила она.
— Он знает, как она хороша. Он может сказать тебе, что ты делаешь правильно или неправильно. Я знаю недостаточно. Насколько я могу судить, ты стремишься к совершенству.
Она обняла меня.
— После сегодняшней ночи ты должен знать, что я никогда не смогу тебе отказать. Боже, Джереми, мне так больно. Каждая маленькая ранка напоминает мне об этом.
***
Мама просунула голову в дверь.
— Хватит, дикари. Одевайтесь. Он подъедет с минуты на минуту. Если твой отец увидит её в таком виде, я не буду отвечать ни за одну из женщин в этом доме. Твоя милая маленькая подружка не в состоянии справиться с ним, — поддразнила
Клизма для Сашки