своему нагому телу. — Оно было у меня всегда. Полагаю, оно и вполовину не такое красивое, как твоё.
Мама рассмеялась.
— Нет, дорогая. Оно очень красивое. Слишком красивое. Стоит моему мужу взглянуть на него, и я буду ходить в раскоряку несколько недель.
— Вот это я бы хотела увидеть, — сказала Пенни.
— Как я буду ходить в раскоряку или из-за чего это произойдет? — поддразнила мама.
— И то, и другое. Особенно сам процесс.
— Ни за что, дикий ребенок, — рассмеялась мама. — А я-то думала, что ты милая невинная девочка, с которой можно оставить моего мальчика.
— Так и было. Думаю, вы с твоим мальчиком это и меняете.
— Не жалеешь? — спросила мама.
— Нет, черт возьми! Это самый удивительный день в моей жизни. Надеюсь, он будет становиться только лучше и никогда не закончится. — Она слезла с моей кровати, взяла футболку из стопки на комоде и надела ее. — Достаточно прилично выгляжу? — спросила она.
— Трусики. Мы же не хотим оставлять пятна и лужицы везде, где сидим.
Пенни надулась.
— Мои уже промокли насквозь.
Мама взяла ее за руку.
— Пойдем, мы найдем для тебя что-нибудь.
Я смотрел, как они уходят, ошеломленный. Мама собиралась дать ей трусики, чтобы она их поносила? Ни хрена себе. Я надел футболку и легкие трикотажные шорты, которые мало что могли скрыть ниже пояса. Провел расческой по волосам и направился вниз.
***
Отец сидел на диване, потягивая пиво. Он улыбнулся, когда я вошел, и протянул мне открытую бутылку.
— Похоже, у вас с Пенни всё налаживается. Шумная штучка.
— Новость для тебя, пап. Это не займет и двадцати лет. А может, и двадцати дней не понадобится.
Он усмехнулся.
— Я рад, что ты так думаешь. Я бы не стал ставить против твоей мамы. Ты еще не видел даже намека на то, на что она способна, когда вкладывает в дело всю душу.
Он сидел в своем любимом кресле, а я перебрался на ближайший к нему край дивана.
— Возможно, ты был немного жестковат с мамой вчера ночью, — тихо сказал я.
Его лицо приобрело мрачное выражение.
— Ты действительно собираешься указывать мне, как я должен обращаться со своей женой?
Я покачал головой, понимая, что ступаю по тонкому льду.
— Нет, папа. Никогда. Но мама никогда ничего не скажет. Сегодня утром она даже не могла встать с постели, и у нее шла кровь.
Его глаза стали жесткими.
— Откуда, черт возьми, ты это знаешь?
— Тетя Мари должна была приехать и позаботиться о ней. Я помог маме зайти в ванну, когда она даже не могла ходить. Она проспала всю вторую половину дня.
Папа выглядел немного обеспокоенным.
— Сейчас она вроде бы в порядке, — сказал он, отпивая из своей бутылки.
Я кивнул.
— Ей это понравилось, и она совсем не жаловалась. Ты это знаешь. Я просто сообщаю тебе, в каком состоянии она была сегодня утром. Что ты будешь делать с этой информацией — твоё личное дело.
Мама и Пенни спустились вниз, пока я заканчивал разговор с папой. Было видно, что они потратили немного времени на то, чтобы привести мою девушку в порядок. В моей футболке она выглядела великолепно. Ее волосы были зачесаны назад, на ней было немного косметики, а ее соски проступали сквозь тонкий материал футболки. Она была босиком, и ее ножки были идеальны.
Мама выглядела почти так же хорошо: обтягивающие шорты подчеркивали ее потрясающую попку, а простая обтягивающая майка показывала, что она тоже без лифчика. Мама прекрасна, но то, как была одета Пенни? Чертовски сексуально.
Папа позвал маму к себе, и она села к нему на колени, прижавшись
Майское путешествие