него значило. То, как она сосала у тебя, говорила с нами. Делала это для нас. Открыто делилась этим с ним.
— Эта часть была её идеей, — признал я.
— Ты в долгу перед ней. — Она придвинулась ко мне, закинула свою ногу на мою и тепло поцеловала меня. — Твой папа очень замкнутый. Гораздо больше, чем я. То, что он делает, позволяя тебе наблюдать за нами, на него совсем не похоже. Мы никогда не делали ничего подобного. Мы никогда не были свингерами и не дурачились на публике. Нам достаточно друг друга. То, что ты поделился этим видео, очень личное для него. Он не мог перестать говорить об этом вчера ночью.
— Для меня всё это тоже очень личное. Я бы никогда не сделал этого для кого-то другого. Я хотел, чтобы папа увидел её фотографии. Больше никто.
— Это из-за поездки в машине? — спросила она.
— Отчасти. То, что мы сделали, было так невероятно. — Я притянул её к себе и обнял. — Изменило всю мою жизнь. Сделать это за спиной отца было самым худшим поступком в моей жизни. Я собираюсь загладить свою вину перед ним.
Она прижалась своими губами к моим и медленно поцеловала меня, её язык исследовал мой рот. Я ласкал её нежную кожу и потянулся к этой потрясающей попке, позволяя ей заполнить мои ладони, обхватывая её, ощущая её упругость. Боже, какая попочка.
Я потянулся ниже, нащупывая между её ног. Она перестала целовать меня и потянула мои руки вверх.
— Правила не изменились, Джереми. Я могу немного отступить от них, позволив тебе ласкать мою попку, но дальше ты заходить не должен. Держись выше талии.
— Ты забралась ко мне в постель голой и говоришь мне это?
Она посмотрела на меня.
— Я могу уйти.
Я притянул её к себе и обнял.
— Нет. Пожалуйста. Я буду хорошим. Обещаю.
Она поцеловала меня в шею.
— Я не пытаюсь тебя дразнить, Джереми. Мне просто нравится быть с тобой вот так. Если это слишком, я пойму.
— Нет, мама. Это не слишком. Я справлюсь с этим. — Я вернулся к ласкам её милой попки. — Вы, ребята, очень плохо вели себя прошлой ночью. Папа заставил тебя кончить так громко, а потом крикнул, что это для меня.
Она хихикнула.
— Ты не представляешь, Джереми. Он был таким шалуном. Заставил меня изображать мамочку и еще притворился, что это ты ебёшь меня до смерти. Мне пришлось надеть повязку на глаза и всё такое. Я сосала этот большой хуй, а он называл меня мамой и умолял об этом. Такой грязный ублюдок. Он заставил меня кончить так сильно, что я думала, что потеряю сознание.
— Серьезно? Он притворялся мной?
Она хихикнула.
— Это было для тебя. Буквально. Я чуть не выкрикнула твоё имя. Потом мне пришлось быть Пенни. Он кончил мне в рот так охуенно быстро. Я даже заплакала, когда он лишил меня... девственности.
— Мама! Правда?
Она прижалась ко мне и погладила моё плечо.
— А чего ты ожидал после того видео?
— Не знаю. Не этого!
Она приподнялась, прижимаясь обнаженной промежностью к моему твердому члену.
— Пожалуйста, мистер Дэвис, мы действительно не должны, — сказала она голосом маленькой девочки. — Хорошо, только кончик... на секундочку... Нет, Джереми никогда не узнает. Я ему не скажу, обещаю. — Она приподнялась, прижимая мой член к себе и потирая им между губками своей влажной киски. — О, Боже! Он слишком большой, — заныла она, прижимая его к своей дырочке. — Такой большой, — задыхалась она, проталкивая его внутрь. — Он слишком сильно растягивает меня.
Вторая жена