чувствовала, как её собственное тело отзывается — соски напряглись, между ног стало горячо и влажно.
Неловкая пауза затянулась на несколько бесконечных секунд. Александр понимал, что вообще-то должен возмутиться. Должен отругать дочь, потребовать, чтобы она немедленно оделась, пристыдить её за такое поведение. Но границы уже были нарушены — и не раз. После того, что было между ними — после её признаний, после того, как он касался её груди. После того, как они с Ольгой обсуждали это, особенно после этого — он больше не мог и не хотел притворяться. Он был совсем не против видеть её голой. Он хотел этого!
Поэтому он просто сглотнул, и, глядя на неё сказал — стараясь, чтобы голос звучал ровно:
— Доброе утро, Алиса. Через полчаса будет завтрак. Не опаздывай.
И пошёл в душ, стараясь идти спокойно, хотя внутри всё дрожало.
Алиса осталась стоять в коридоре. Она смотрела ему вслед и чувствовала, жар возбуждения внутри. Он не возмутился. Не ругал её. Не отвел взгляд. Он просто принял это — как будто так и должно быть. Ещё одна граница между ними стёрта.
— Победа, — прошептала она себе под нос и, улыбаясь, пошла в свою комнату одеваться.
— --
Завтрак
Через полчаса все собрались за столом. Ольга, свежая и довольная, в лёгком летнем платье, разливала чай и рассказывала, что сегодня едет в школу — пора готовиться к учебному году, разбирать бумаги. Она не упоминала Игоря, «консультации», об этом знал только Александр. Он видел как она улыбалась, и понимал скрытый смысл этой улыбки — она ждёт этой встречи.
Александр сидел напротив и выглядел расслабленным и счастливым. Любовался женой, улыбаясь ей в ответ. Но где-то в глубине его глаз пряталось беспокойство. Утренняя встреча с Алисой не шла у него из головы. Она снова провоцировала его. И на этот раз он не отступил — не потому что был готов, а потому что уже не мог притворяться. Не хотел!
Алиса сидела рядом с ним, уткнувшись в телефон. На ней была всё та же пижама с кроликами, но сегодня она застегнула её чуть небрежно — верхняя пуговица расстёгнута, и при каждом движении в вырезе мелькала ложбинка груди. Она поймала на себе взгляд отца, который тот тут же отвёл, и спрятала улыбку, делая вид, что читает новости. Он смотрел. Пусть украдкой, пусть стыдливо, но смотрел. И это была её маленькая победа.
Диана сидела рядом с Ингой. Инга молчала, ковыряла ложкой кашу и старалась не поднимать глаза. Она выглядела виноватой, как нашкодивший ребенок. Прятала глаза. Ей было стыдно и неловко — за ночной кошмар, за то, что она разбудила Диану, за то, что снова оказалась слабой. Диана время от времени касалась её руки под столом — легко, успокаивающе. Инга чуть сжимала её пальцы в ответ.
— У тебя всё в порядке? — тихо спросила Диана, наклоняясь к ней.
— Да, — Инга выдавила слабую улыбку. — Обычный кошмар из-за духоты. Не выспалась, вот и всё.
За столом звенели чашки, Ольга что-то говорила про новых учеников, Александр поддакивал, Алиса хихикала над мемом в телефоне. Обычный семейный завтрак. Но никто не говорил о том, что их волновало на самом деле. Никто не говорил о том, что творится у них внутри.
Каждый знал что-то своё. И каждый хранил свой секрет.
— --
21 июля, вторник. Школа, кабинет истории
Ольга сидела за своим столом, разложив перед собой учебные планы на будущий год, списки литературы и методички. В кабинете было тихо, только ветер приносить окно тёплый июльский воздух, с запахом цветов и городской пыли. Летняя школа была практически пустой
Минус десять очков Гриффиндору!