в школу – так называли девочек, которые покорно сносили оскорбления, унижения и побои. Кстати, ни одну из них не пригласили на Тренинг. Почему-то Розовые не брали себе покорных, предпочитая… воспитывать покорность в других...
— Мама, ты скоро? – раздался за дверью голос сына.
— Да, уже! Извини, - она открыла дверь, проскользнула на кухню.
Может, попросить сына провести с ней Обряд? Её буквально разрывала необходимость помогать и прислуживать ему. Она думала, что после того, как соблазнит сына, всё станет просто, но на самом деле… Надо срочно вспоминать, какой она была в его возрасте. Омита успела совершить несколько крупных ошибок и сейчас надо быть особенно осторожной. Издевательства Пурпурной – это очень ужасно, но подвести своего сына, гораздо хуже!
Когда он вошёл на кухню, стол уже был накрыт.
— Оми, какие отношения приняты между Милфами? – он спокойно назвал её кличкой.
— М-м-м… Смотря что тебя интересует.
— Если я позову Аишу к нам в гости. Чтобы… воспользоваться её приглашением.
— Она предложила только влагалище? Ты можешь решать где и когда. Но если она откажется от моего присутствия, ты не должен настаивать.
— Насколько помню… Она сказала, что готова признать себя моей женщиной, - Гайс немного лукавил. Он прекрасно помнил, что именно она говорила, каждое её слово.
— Признать? Это самое значительное, что ты можешь получить от неё, если у них равное супружество. Ты станешь её Хозяином, но без Обряда. Пока один из вас не пожелает прекратить такие отношения.
Тихо проскользнула Утайа и молча уткнулась в тарелку.
— Предложение влагалища означает, что она… забеременеет от меня? – Омита едва сохранила невозмутимость.
— Именно поэтому оно считается самым значительным. По сути, это предложение матки. Если у неё не было Тату, то… да. Она… показала тебе?
— Его точно не было, - Гайс запомнил каждый волосок на лобке и пору на коже.
— Ребёнок будет принадлежать ей, если ты не заявишь её своей супругой или меня своей… Рабыней… через Обряд
Об этом Гайс и так знал. Приоритет в воспитании всегда отдаётся более зрелой женщине. Пока Утайя не родила своего, она не сможет считаться такой. Остаётся вопрос: собирается ли он обзаводиться ребёнком? Сколько проблем сразу наваливается в этой взрослой жизни…
— Чего такая тихая сидишь? – Омита обратилась к дочери, желая сменить тему разговора.
Та покраснела и покосилась на брата.
— Я захотел посмотреть, - неожиданно для себя Гайс тоже смутился. – Посмотреть, как она… изливается.
— Ох! Ты же знаешь, что такое… очень личное, - женщина опустила взгляд, вспоминая, как вчера сама… делала такое.
— Поэтому мне и было интересно. Ладно, мы уже пошли! – сын решил прекратить неловкий разговор, поднимаясь.
По дороге в школу девочка держалась чуть позади, но едва Гайс протянул руку, она вцепилась в неё и прижалась бедром.
— Мне понравилось, - нерешительно произнёс он. – Ты очень красивая… там. И когда из твоей писи вытекал ручеёк, мне… ещё больше понравилось.
— Спасибо, - вздохнула Утайа. – Очень приятно, что я тебе нравлюсь. Просто, боюсь, что некоторые мои… особенности… Они тебе не очень понравятся.
— Ну-у-у… К счастью для тебя, это мне решать, - Гайс не удержался от ухмылки.
Быть Хозяином ему пока нравилось. Конечно же, он знал, насколько постыдно изливаться при ком-то, именно поэтому и мечтал увидеть, как это делает мама. Но попросить её, конечно же, не решился. Впрочем, и с сестрой получилось неплохо. Возможно, смотреть на её брызгающую щель и было приятно, но гораздо больше Гайсу понравилось смущение Уты. Он уже про себя начал называть её этой рабской кличкой, ощущая, как меняется его отношение к
Упоительное наслаждение