ему заполнить себя до краёв. И когда он, наконец, замер, тяжело дыша ей в затылок, она почувствовала, как из неё начинает вытекать — тёплая, скользкая влага, смешивающаяся с Сашиной спермой, уже остывающей внутри.
Две порции. Два мужика. Одна женщина.
И она хотела ещё.
— Мама... — выдохнул он и рухнул ей на спину.
Тишина. Только хриплое дыхание троих.
Таня медленно сползла на бок. Олег скатился с неё. Саша стоял на коленях, обессиленно опустив руки. Его член ещё подрагивал, влажный и розовый.
Она провела пальцем по лицу. Собрала сперму со щеки. Посмотрела на белёсую каплю на кончике пальца. И сунула его в рот.
— Вкусно, — сказала тихо.
Саша расхохотался — хрипло, устало:
— Я же говорил. Сучка.
Таня ничего не ответила. Спорить не хотелось. Хотелось лежать вот так — мокрой, использованной, счастливой. На супружеской кровати, где завтра будет спать Василий.
Олег приподнялся на локте.
— Мам. Ты как?
— Живая, — она улыбнулась. — И очень довольная.
— Тогда в душ?
Она кивнула. Попыталась сесть — ноги не слушались. Олег подхватил её. Поднял на руки — свою мать, обнажённую ниже пояса, с лицом в чужой сперме, пахнущую сексом и потом, — и понёс в ванную. Саша плёлся следом.
Тёплые струи смывали стыд, смывали усталость, смывали сперму и смазку. Таня стояла под душем, закрыв глаза, и слушала, как парни переговариваются за занавеской.
— Деньги завтра, — говорил Саша. — Всё как договаривались.
— Хорошо, — отвечал Олег. Голос его звучал ровно.
— И это... — пауза. — Я ещё приду.
— Приходи, — ответил Олег, и Таня услышала в его голосе усмешку. — Мамка не против.
Она не была против. Она стояла под водой и думала: завтра будет новый день. Завтра она проснётся, пойдёт на работу, проверит тетради. А вечером вернётся домой. И может быть — может быть — её снова будут трахать на этой самой кровати. Может быть, Олег зайдёт без стука. Может быть, Саша принесёт новые розы.
Вода стекала по телу. Таня запрокинула голову.
Она больше не была «примерной женой». Она больше не была «матерью-учительницей». Она была женщиной.
Необычные похождения моей киски и её друзей.