Она убедилась, что рядом никого нет, а Наталья не стала тянуть.
— Покажи сиськи, — бросила она, не повышая голоса, но и не спрашивая разрешения.
На этот раз Катя не замялась. Расстегнула блузку, распахнула её и сама посмотрела на свою грудь. Соски были красными, припухшими, рядом с ними — цветные пятна. Рисунки расплылись, превратившись в бесформенные кляксы.
— А что с рисунками? Что это за пятна? — Наталья подошла ближе, взяла пальцами сосок, слегка потянула.
Катя сжала зубы, стараясь не выдать дрожь.
— Жарко, — ответила она, глядя прямо перед собой. — Расплылись.
Наталья прищурилась, наклонила голову. Потом взяла воротник блузки, заглянула внутрь — на ткань, на кожу. Ей в нос ударил резкий запах — табак, пот, что-то мужское. Она поморщилась.
— Ладно, — только и сказала она, отпуская блузку.
— Кто-то идёт, Хозяйка, — тихо сказала Катя, кивнув в сторону двери.
Наталья обернулась, услышала шаги в коридоре. Она отошла от Кати и встала у своего стола, делая вид, что разбирает бумаги. В этот момент дверь открылась, и на пороге появилась Юля с какой-то папкой в руках.
— О, ты уже вернулась? — спросила она Наталью. — А я тут документы ищу... Катя, ты не видела папку с синей обложкой?
Катя, уже успевшая застегнуть блузку, отрицательно покачала головой. Голос звучал ровно, хотя внутри всё ещё трясло.
— Я посмотрю у себя, — сказала Наталья.
Юля кивнула и вышла. Дверь закрылась. Наталья медленно повернулась к Кате, глядя на неё в упор.
— Потом договорим, — сказала она тихо. — Сейчас работаем. Ты поняла?
— Да, Госпожа, — ответила Катя, опуская глаза.
До самого конца дня ничего серьёзного не происходило. Наталья держалась от Кати подальше — не гоняла по кабинету, не роняла вещи, не давала приказов. Она просто сидела за своим столом, перебирала бумаги и наблюдала. Наблюдала за девчонкой — как та двигается, как поправляет блузку, как отводит взгляд, когда чувствует на себе чужой взгляд.
Наталья вспоминала последние несколько дней. Каждую реакцию Кати — страх, возбуждение, стыд, покорность, вспышки самостоятельности. Она как будто анализировала девочку заново, раскладывала по полочкам, пыталась понять — где игра, где искренность, а где просто желание угодить.
В какой-то момент она предложила Кате чай.
— Без сахара, — ответила та, не поднимая глаз.
Наталья ушла в подсобку, заварила чай, насыпала туда три ложки сахара — и принесла. Катя отпила, не поморщилась.
— Как тебе? — спросила Наталья, глядя в упор.
— Всё вкусно, — ответила Катя, не задумываясь.
Наталья ничего не сказала. Только отметила про себя: врёт, не чувствует вкуса от напряжения. Или привыкла подчиняться даже в мелочах.
Позже она подошла к Кате, склонилась к самому уху и тихо сказала:
— Сиди не двигайся. Зачем? — она усмехнулась. — А просто так.
Катя замерла. Сидела неподвижно, даже дышала через раз, пока Наталья ходила по кабинету, что-то искала в шкафах, перекладывала бумаги. Только когда она попросила принести папку с верхней полки, Катя осмелилась встать.
Она замечала это странное, отдалённое поведение Хозяйки и не понимала, с чем оно связано. Проверяет? Играет? Или что-то случилось? Ответа не было.
После работы Наталья подошла к ней, встала напротив, сложив руки на груди.
— Нужно поговорить. Задам кое-какие вопросы.
— Да, конечно... — Катя сглотнула.
— Расскажи мне о своём парне. Или о том, кто у тебя был раньше.
Катя замялась, отвела взгляд, но всё же рассказала о Сергее. Наталья задавала вопросы — как звали, сколько лет, как познакомились, как расстались. Катя отвечала, чувствуя, как под ногами уходит пол.
— Ладно, — Наталья кивнула. — А вы с ним какие-нибудь видео для себя снимали?
Диско