– Устроишься в другую парикмахерскую. Их в каждом районе по десять штук. Зато мы снова будем принадлежать только друг другу.
– А может, нам и не придется съезжать, – сказала Анька с надеждой. – Может быть, доктор всё уладит? Вернёт твою маму в прежнее состояние. Починит её.
Пашка не ответил. Тогда Анька взяла пульт и выключила свет в комнате.
– Будем спать, – сказала она.
И они попытались уснуть, но страстные стоны за стеной мешали. Наконец, минут через пять мать заорала особенно громко, и вскоре затихла. Только после этого Аня и Паша смогли уснуть.
Бабы совсем одурели
Аньке снилось, как её свекровь вонзает в неё пальцы. В две дырочки одновременно. И при этом лижет её.
Анька проснулась вся мокрая между ног. Возбужденная.
Пашка спал рядом и ничего не подозревал. Анька потрогала его член. Спокойный. Вряд ли Пашке снится что-то интересное. Скорее всего, Опель или угольный склад на электростанции.
Анька вздохнула и убрала руку. Она вспомнила вчерашний вечер. Пальцы внутри себя, которые трахали её так грубо и так настойчиво. Яркий оргазм, равного которому она не испытывала никогда: ни с Пашкой, ни с другими мужчинами, ни наедине с собой. Вспомнила рассказы свекрови о том, как она пила сперму мужа, и у Аньки между ног стал ещё жарче. Она засунула руки в трусы и потрогала себя. Взяла немножко влаги на пальцы. Поднесла к носу и понюхала. Это возбудило её ещё сильнее. Она несколько раз нажала на свой клитор и тихонько застонала. Затем пролезла пальчиками внутрь. Было приятно.
Но стало бы ещё приятнее, если бы туда влез кто-то другой.
Она повернулась к мужу. Пальцами, только что вынутыми из вагины, погладила его по губам.
Он не проснулся.
Анька снова погладила его член.
Пашка заворочался и отвернулся.
Анька посмотрела на часы. Только пять утра. Но она больше не могла спать.
Она слезла с кровати и вышла из комнаты в коридор. У комнаты свекрови остановилась. Интересно, спит ли она?
Анька осторожно приоткрыла дверь и заглянула. Увидела Варвару Евгеньевну. Та спала полностью голой. На спине. Её пышная грудь мерно вздымалась при каждом вдохе. Её бедра приковывали Анькин взгляд.
– Нет! – прошептала она сама себе и закрыла дверь. – Мы с Пашкой договорились.
Сказав это, она тут же открыла дверь снова. Зашла в комнату свекрови и закрыла дверь за собой.
Анька сняла трусики и осталась полностью голой.
Сама себя ругая за слабость, она легла возле Варвары Евгеньевны. Наклонилась к её груди. Взяла её в руку и сжала, а губами захватила сосок. Стала сосать и облизывать.
Свекровь тихо застонала. Интересно, она уже проснулась?
Анька провела рукой по бедру свекрови снизу вверх. Приблизилась к заветному месту, которое так её манило.
Варвара Евгеньевна молча развела ноги. Даже не открывая глаз.
Анька стала гладить и мять у свекрови между ногами. Она попыталась проникнуть пальчиком внутрь, но там оказалось слишком сухо. Тогда Анька засунула палец в свою вагину, очень влажную. Вынула и тут же засунула внутрь свекрови. Теперь пальчик вошёл легко. Она начала им двигать, и вскоре ощутила, как там становится более скользко и просторно.
– Быстрее, – шепнула свекровь, не открывая глаз.
Анька стала двигать пальцем быстрее. Время от времени она доставала палец, чтобы смазать клитор, и затем погружала его снова. Старалась ввести поглубже. А затем она наклонилась и поцеловала свекровь между ног. Осторожно, нерешительно. Затем смелее. Язычок забегал, и от этих ласк свекровь явно завелась.
Варвара Евгеньевна приподнялась, схватила Аньку за голову, вдавила в себя. Начала ритмично нажимать на её затылок. Анька высунула язык и постаралась пропихнуть в щелку. Он глубоко не влез,
Извини, брат, жребий выпал