чтобы не было возможности открыть ее снаружи. Он чувствовал себя крайне неловко и никогда не думал, что приведёт сюда Павла. Это была его территория, его дом, где он жил со своей мамой.
— Это… гостиная, — тихо сказал Саша, включая свет. — Кухня там. Комната мамы — вон та дверь. Моя — здесь.
Павел медленно прошёлся по квартире, осматриваясь. Он выглядел совершенно спокойно, будто приходил сюда уже сто раз.
— Уютно, — сказал он и повернулся к Саше с улыбкой. — Ну что, хозяюшка? Накрывай на стол, расстилай кровать. — и засмеялся.
Саша покраснел до ушей. Он молча пошёл на кухню, поставил чайник. Пока вода грелась, Павел стоял в дверном проёме и смотрел на него.
— Ты хорошо себя вёл последние дни, — сказал он. — Но мог бы и лучше. Я ждал от тебя больше фото.
Саша кивнул, не зная, что ответить. Он налил чай, поставил на стол печенье и конфеты, которые нашёл в шкафу. Павел сел за стол, отхлебнул чай и кивнул:
— Вкусно. Спасибо, моя хорошая.
Саша почувствовал себя ещё более неловко. Он извинился и сказал, что хочет умыться. Павел кивнул:
— Иди. Я подожду.
Саша ушёл в ванную и долго умывался. Когда он вернулся в комнату, Павла уже не было за столом. Он стоял в комнате мамы и спокойно рылся в её гардеробе.
— Ты чего… — начал Саша, но Павел поднял руку, останавливая его.
— У твоей мамы большой гардероб, но немного старомодный, — сказал он, перебирая вешалки. — Хотя есть интересные вещи. Почему ты мне не присылал фото в разных образах? Я же просил.
Саша стоял в дверях и не знал, что сказать. Павел вытащил из шкафа черный кружевной лифчик большого размера и поднёс к свету.
— У твоей мамы, судя по всему, очень большие сиськи, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Интересно, как это будет смотреться на тебе.
Саша почувствовал, как лицо заливает жар.
— Павел… не надо…
Но Павел уже нашёл коричневое закрытое платье с поясом и бросил его Саше.
— Надевай. И лифчик тоже. Набей его чем-нибудь, чтобы было похоже на большую грудь. Я пока схожу в ванную.
Саша стоял и смотрел на платье в руках. Он понимал, что спорить бесполезно. Он медленно разделся до трусиков и чулок, надел лифчик и набил чашки носками и мамиными колготками, он сильно сжимал его грудную клетку. Потом натянул платье. Оно сидело на нём странно, но довольно плотно, подчёркивая искусственную грудь.
Когда Павел вернулся, он провёл руками по плечам Саши, потом спустился ниже и уверенно положил ладони на его «грудь». Сжал её, будто проверяя, как сидит. Саша вздрогнул.
— Неплохо, — тихо сказал Павел, продолжая мять «грудь» через ткань платья. — Хотя ещё нужно будет поработать, чтобы было естественно. Хочешь себе настоящие сиськи?
Он прижался к Саше сзади, одной рукой всё ещё сжимая его грудь, а второй медленно провёл по животу вниз. Саша почувствовал, как Павел прижимается к нему своим уже твёрдым членом.
Он прижимался и напирал, толкая Сашу вперед, пока он не упал на мамину кровать. Платье задралось, открывая чулки и трусики. Павел уже был сильно перевозбуждён. Он не планировал заходить к Саше домой — это была чистая импровизация, спонтанное решение в машине. И именно это его сейчас сводило с ума. Чужая квартира, комната матери Саши, риск, что она может вернуться в любой момент — всё это добавляло остроты.
Он действовал быстро — не стал его раздевать полностью, только задрал платье до талии, стянул трусики до середины бёдер и встал над ним на коленях. Взял с тумбочки
Подвез девушку в дождь