как было. Ты от него как-то пыталась отстраниться, убежать или ещё что-то?
— Так, а куда бежать? — сказала она, и в её голосе появилась горечь. — Всё уже на заднем сидении. Деваться некуда, сидишь в машине. Куда ты убежишь — глухомань, парк какой-то безлюдный. Некуда уже было бежать, только если на соседнее сиденье.
— То есть была безвыходная ситуация? — спросил я. — Правильно я понимаю?
— Да, правильно.
— И как я понимаю, ты какое-то решение да нашла в этой безвыходной ситуации, — сказал я, — раз ты добралась благополучно домой. Я понимаю, что ты здесь ни в чём не виновата, что просто он настоял, что он требовал там и так далее. Что он завёз тебя, что у тебя не было другого выбора и что он лишил тебя всех возможностей, путей к отступлению. Что в итоге?
Она опустила голову, и я видел, как её плечи опускаются. — Ну зачем тебе всё это? — сказала она. — Ну давай прекратим. Давай я просто пойду спать, и всё.
Я засмеялся, но в моём смехе не было веселья. — Нет, конечно, ты чего? Ты мне рассказываешь про то, как какой-то чувак стоит рядом с тобой и своим членом у твоего лица размахивает, и ты хочешь после этого всё закончить?
— Ну что, что ты хочешь от меня услышать?
— Правду, — ответил я.
— Ну какую правду? — спросила она, и в её голосе появилась злость. — Ну какую правду ты хочешь услышать от меня? Что? Зачем тебе эта правда? Зачем тебе всё это расспрашивать? Зачем тебе это нужно?
— Эй, не наезжай на меня, — сказал я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна. — Это ты там где-то оказалась, это там кто-то тебя подобрал, кто-то завёз. А ты на меня наезжаешь. Короче, как я понимаю, что-то там всё-таки было решено.
— Ну, он стоял и своим членом махал возле моего лица, просил, чтобы я как-то потрогала или ещё что-то сделала.
— Что ещё он тебя просил?
— Всё, что угодно ему, по-моему, тогда было вообще всё равно что.
— Ну, он же тебя о чём-то ещё просил, — сказал я.
— Ну да, — сказала она, и её голос был почти беззвучным. — Ещё минет просил сделать.
— И что ты сделала?
Она замолчала на мгновение, собираясь с мыслями. Я видел, как её пальцы сжимают край юбки, как она смотрит в сторону, как её дыхание становится более глубоким. Она переживала это заново, я видел это по её лицу.
— А что, у меня были какие-то варианты? — сказала она, и в её голосе появилась горечь. — Когда ты сидишь на заднем сидении, непонятно где, к тебе подошёл какой-то мужик с огроменным хуем и практически вежливо просит, страдает и умоляет помочь ему. Он стоял передо мной, его член был прямо у моего лица. Я чувствовала его запах, его тепло. Я чувствовала, как он пульсирует, когда я смотрю на него. Он не отводил взгляда. Он смотрел на меня, и я видела, как он ждёт, как он молит, как он страдает от этого желания.
— То есть ты ему сосала? — переспросил я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна.
— А что, у меня были какие-то другие варианты? — сказала она, и в её голосе появилась хрипотца. — Он стоял передо мной, его член был прямо у моего лица. Он просил, умолял, говорил, что ему просто нужно, чтобы я помогла ему. Что он не может справиться сам. Что я должна
Я и моя подруга.