— Брось. Вон какая красота за окном. Сибирь, тайга. А ты нос повесил.
Он посмотрел в окно. Тайга как тайга — сосны, берёзы, редкие станции с деревянными домами.
— Скучно, — сказал он.
— А ты фильм хочешь посмотреть? — вдруг предложила Олеся. — У меня на ноуте есть парочка. Скачала перед поездкой.
Денис удивился:
— С собой, серьезно?
— Ага. А что? Одной скучно, а вместе веселее.
Она улыбалась, и в её глазах было что-то... Денис не понял что. Но стало приятно.
— Давай, — согласился он.
Они устроились на полке. Олеся достала старый ноутбук с наклейками и включила фильм — голливудскую комедию с глупыми шутками.
Они смотрели. Иногда смеялись. Олеся сидела рядом, почти вплотную. Её духи пахли вкусно, с резковатым, но приятным ароматом.
Алёна сидела на своей полке и смотрела на них.
Внутри закипало что-то тёмное и горячее. Она сжимала край одеяла, смотрела, как Олеся смеётся и касается плеча Дениса. Как он улыбается ей впервые за последние дни.
— Мило, — сказал Семён, подсаживаясь к ней. — Молодёжь развлекается.
Алёна не ответила.
— Ты что, сына ревнуешь? — спросил он тихо и подшучивая.
Она дёрнулась.
— С чего мне ревновать?
— Не знаю. Может, потому что ты его мать, а она молодая?..
Она посмотрела на него. В его глазах была и усмешка, и понимание.
— Отстань, — бросила она.
Семён усмехнулся, отошёл.
Алёна снова уставилась на Дениса и Олесю. Те сидели, прижавшись друг к другу, смеялись. Олеся положила голову ему на плечо.
У Алёны внутри всё перевернулось.
Она встала, подошла к ним.
— Денис, — позвала она.
Он поднял голову.
— Чего?
— Помоги мне. Сумку достать надо.
Он нехотя отодвинулся от Олеси, встал, пошёл за матерью.
Она привела его в тупик вагона, там, где никто не ходит.
— Ты чего? — спросил он.
— А ты чего? — она смотрела на него в упор. — Зачем ты с ней обжимаешься?
— Ты что, мы фильм смотрим.
— Я видела, как ты с ней и куда смотришь.
— Мам, — он усмехнулся. — Ты ревнуешь, что ли?
Она промолчала. Но молчание было красноречивее слов.
— Ты же сама сказала, — продолжал он. — Что это неправильно. Что ты любишь отца. А теперь ревнуешь к какой-то девчонке?
— Она уже не просто девчонка. У неё жених есть.
— И что?
— А то, — Алёна подошла ближе. — Что ты мой сын... Понял? Мой.
Денис смотрел на неё. И в голове прокрутил этот бессмысленный диалог... И снова посмотрел. На её злые глаза, на сжатые губы, на грудь, которая снова тяжело вздымалась под майкой.
— Тогда докажи, — сказал он. — Прямо сейчас.
Она замерла.
— Ты че...Здесь нельзя.
— А где можно? Ты сама всегда говоришь — нельзя, нельзя. А сама с Семёном в тамбуре...
— Я с ним не была!
— А я не верю.
Она шагнула к нему, схватила за руку и прижала к своей груди.
— Чувствуешь мою грудь? — выдохнула она. — Мои возбужденные соски. Я лучше, чем она?
Он сжал её грудь. Она была горячей, местами даже холодной, и очень плотной. Ее сосок твёрдо выделялся и был похож как на большую горошинку.
— Приходи ко мне ночью, — прошептал он. — Когда все уснут, мы выйдем....
Она кивнула.
Они вернулись в купе. Олеся сидела одна с закрытым ноутбуком. Она посмотрела на них и улыбнулась.
— Долго вы, — сказала она.
— Семейные дела, — буркнул Денис и залез на свою полку.
Алёна легла на свою. Смотрела в потолок и ждала ночи.
Неверная. Исповедь жены дальнобойщика