я хочу быть частью этого. Я хочу видеть эти миры, изучать их вместе с тобой. И я знаю, что Марк чувствует то же самое.
Он посмотрел на её руку поверх своей, изучающе.
— Это жест доверия на Земле, — ответила она, заметив его взгляд.
— Знаю, просто всё ещё немного непривычно.
Она наклонилась ближе и встретила его взгляд, хитро улыбаясь.
— Сношать меня привычно, а позволить мне погладить твою руку нет?
Ом'рк'тан замер, его чёрные глаза расширились на мгновение, прежде чем в них мелькнула та искра, которую она уже научилась распознавать как его версию удивления. Он посмотрел на её руку, лежащую поверх его, затем снова встретил её взгляд, и в его голосе прозвучала нотка, которую можно было назвать задумчивой.
— Ты права, — произнёс он медленно, словно пробуя слова на вкус. — В этом есть определённая ирония. Я проникал в твоё тело, в твой разум, в самые интимные уголки твоего сознания, но простое прикосновение руки всё ещё кажется мне... непривычным.
Он перевернул свою руку ладонью вверх, раскрывая её перед ней, и его пальцы слегка раздвинулись, приглашая её продолжить.
Он ждал знакомого — короткого внутреннего сигнала тревоги, импульса убрать руку, перевести всё в наблюдение и термин. Сигнал не пришёл. Или пришёл таким слабым, что его можно было не услышать. И тогда он понял с холодной ясностью клинициста, ставящего себе диагноз: он больше не пытается вылечиться. Болезнь, которую он столько дней измерял и отодвигал, перестала быть болезнью, которую он хочет победить. Это и было самым тревожным симптомом — что тревога ушла. А на её место приходила тяга к тому, что происходило вокруг него.
— У моего вида физический контакт вне сексуального или боевого контекста практически отсутствует. Мы выражаем доверие и привязанность через другие каналы — через совместное наблюдение, через обмен информацией, через синхронизацию дыхания. То, что ты делаешь сейчас — это для меня новый язык. Я учусь ему через тебя.
Софи посмотрела на его раскрытую ладонь, затем медленно опустила свою руку, вплетая пальцы между его пальцами. Его кожа была прохладной, гладкой, с едва заметной текстурой чешуек, которые на ощупь напоминали полированный камень. Она слегка сжала его пальцы, чувствуя, как он отвечает на её сжатие — осторожно, словно пробуя, не сломает ли он её.
— Тогда будем учиться вместе, — сказала она тихо. — Я буду учить тебя языку прикосновений, а ты меня — языку космоса.
— Это кажется справедливым обменом, — ответил он, и в его голосе впервые прозвучала нотка, которую можно было назвать теплотой.
Они сидели так несколько минут — в тишине, с переплетёнными пальцами, — и Софи чувствовала, как между ними устанавливается новая связь, не основанная на сексе или насилии, а на чём-то более хрупком и в то же время более прочном: на взаимном доверии.
13 - Язык прикосновения
Голос Марка, донёсшийся из коридора, нарушил тишину.
— Ого, а вы тут уютно устроились. Я уже начал думать, не заблудились ли вы по дороге к синтезатору.
Он вошёл в помещение, и его взгляд упал на их переплетённые руки. На его лице промелькнуло удивление, которое тут же сменилось мягкой улыбкой.
— Я не помешал?
— Нет, — ответила Софи, не отпуская руки Ом'рк'тана.
— Мы как раз обсуждали язык прикосновений и справедливый обмен знаниями, — добавил пришелец.
— Язык прикосновений? — Марк поднял бровь с любопытством, присаживаясь рядом с матерью. Сын слегка коснулся плеча матери и нежно поцеловал её в щёку, которую она подставила с лёгкой улыбкой.
— Звучит как-то... поэтично для космического учёного, который неделю назад поставил на нас немыслимый эксперимент.
Разговор с другом.