Но он не дал ей кончить. Он замедлился, почти остановился, когда её дыхание участилось до предела, и она выдохнула разочарованно.
— Не спеши, — сказал он, и в его голосе прозвучала та же мягкая, властная нота. — У нас есть время.
— У нас есть время, — повторила она, изгибаясь в поисках продолжения ощущений.
Он вышел из неё медленно, и она почувствовала потерю наполненности как физическую пустоту. Её мышцы сжались вокруг пустоты, и она выдохнула, чувствуя, как её соки стекают меж ягодиц.
Марк поднялся с колен, заняв место Ом'рк'тана. Его руки легли на её бёдра, приподнимая их, и он наклонился, чтобы поцеловать её живот, её грудь, её ключицы. Его губы скользнули к её шее, где он прикусил кожу, и она вздохнула, запуская пальцы в его волосы.
— Твоя очередь, — прошептала она, и её голос был низким, интимным.
Он выпрямился, направляя свой член к её влагалищу. Он вошёл легко, скользнув по влажной поверхности одним движением, и она почувствовала, как он заполняет её по-другому — легко и нежно. Он сделал несколько медленных, глубоких толчков, смачивая член её соком, и затем вышел, направляя его ниже, к её заднему проходу.
— Расслабься, — прошептал он, и его пальцы легли на её ягодицу, слегка раздвигая.
Он вошёл в её попку медленно, с той же осторожностью, с какой Ом'рк'тан входил во влагалище. Она выдохнула, прикусывая губу, чувствуя знакомое ощущение растяжения, давления, дискомфорта, переходящего в удовольствие. Его член двигался медленно, по миллиметру, пока не вошёл полностью, и она замерла, привыкая к наполненности.
Она чувствовала себя на грани, в подвешенном состоянии — между двумя видами наполненности, между двумя мужчинами. Ом'рк'тан стоял у пульта, наблюдая за ней, и его пальцы скользили по панели, увеличивая изображение на экране — троппы теперь были видны крупным планом, их пальцы переплетались, их тела вибрировали.
— Смотри, — произнёс Ом'рк'тан, и его голос был ровным, почти гипнотическим, — смотри, как они сливаются.
Она подчинилась, переводя взгляд на экран, и в то же время Марк начал двигаться, медленно, входя и выходя из её сфинктера. Каждый его толчок отдавался в её теле, смещая её в кресле, заставляя её бёдра покачиваться в такт. Она смотрела на троппов, их ритм сливался с ритмом её тела, и она чувствовала, как удовольствие нарастает, разливаясь по венам.
— Ещё, — выдохнула она.
Марк ускорился, его дыхание стало тяжелее, и его рука скользнула вниз, к её клитору, начиная массировать его в такт толчкам. Она застонала громче, её пальцы вцепились в его руку, держа его рядом с собой.
— Я почти, — прошептала она.
— Я тоже, — ответил он, и его голос был хриплым, напряжённым.
Она чувствовала, как его член пульсирует внутри неё, как его толчки становятся глубже, быстрее. Софи приподнялась, обнимая сына, сжалась вокруг него, и волна оргазма накрыла её — горячая, острая, разрывающая на части. Она выгнулась, закричав, и почувствовала, как он кончает вместе с ней, как его семя заливает её изнутри толчками, смешиваясь с её собственной влагой.
Она рухнула в кресло, тяжело дыша, чувствуя, как её тело пульсирует в такт с ослабевающим сердцебиением. Марк медленно вышел из неё, и она почувствовала, как его сперма начинает вытекать по её ягодице.
Ом'рк'тан не дал ей опомниться, шагнул к ней, его член всё ещё был твёрдым, влажным от её соков. Он не сказал ни слова — просто опустился на колени, раздвинул её ноги шире и вошёл в неё одним резким движением. На этот раз быстрее, грубее, без предупреждения. Она вскрикнула — от неожиданности, от резкого наполнения,
Мой любимый гей (продолжение7)