совершенно правильно для нас. И нам не нужно ничего больше.
Часть 10. Новый ритм
Я заметила это не сразу. Сначала просто чувствовала: после каждой встречи с Виталием моё тело откликается иначе, острее. Будто кто-то настроил инструмент, и теперь каждая нота звучала в полную силу.
Съёмки стали проще, я почти не уставала во время многочасовых сессий. Встречи с клиентами — насыщеннее. Иногда я стала позволять себе случайные связи в поездках теперь они приносили успокаивающее удовольствие, конечно, всегда в презервативе с соблюдением осторожностей, я все еще не отдавалась страсти безоглядно и думала о последствиях. Я кончала быстрее и сильнее, мои стоны, как мне казалось, вырывались из самой глубины моего тела.
А потом я поняла, в чём дело.
Теперь у меня был Виталя. Он ждал меня. Он был заперт в чёрном матовом металле. Он не мог даже прикоснуться к себе, пока я не вернусь. И это знание делало каждый мой оргазм более острым, каждую встречу с другим мужчиной — более сладкой.
Я как будто впустила его в свою постель с каждым партнёром. Он был там — невидимый, запертый, дрожащий от желания, которое я контролировала. Его покорность стала моим топливом. Моим самым сильным афродизиаком.
И я решила — он должен быть заперт постоянно.
Часть 11. Постоянное заточение
Мы сидели на кухне. За большим панорамным окном шёл дождь — первый осенний ливень, который размывал очертания города. Капли соскальзывали по толстому стеклу, оставляя мокрые дорожки на сером фоне неба. На подоконнике стояла стеклянная ваза с увядающими пионами — Виталя принес мне их неделю назад, и они уже начали терять свои розовые лепестки, осыпаясь на тёмное дерево подоконника.
Я сидела на высоком сером табурете, обхватив ладонями белую керамическую кружку с отколотым краешком. Чай с корицей уже остыл, но я не замечала этого. Я смотрела на капли за окном и чувствовала, как внутри меня зреет решение.
— Виталя, — сказала я, ставя кружку на стол. Столешница из тёмного дуба была покрыта тонкими царапинами, оставленными ножами и горячими кастрюлями.
Он поднял на меня глаза. Свет лампы над столом падал на его лицо, высвечивая бледность кожи и тени под глазами — следы бессонных ночей, которые он проводил, лежа рядом со мной и чувствуя тяжесть металла между ног.
— Я хочу, чтобы мы изменили правила, — сказала я.
— Как? — его голос был тихим, но ровным. В нём не было страха. Только любопытство и доверие.
— Ты будешь носить пояс постоянно. Не только когда я ухожу или уезжаю. Дома, на работе, ночью. Будешь снимать его только когда я решу тебя открыть.
Он молчал. Я видела, как его пальцы сжались на коленях, побелели костяшки. Он сидел в простой серой футболке и чёрных спортивных штанах, и под тканью я видела очертания пояса — металлические кольца, которые почти что стали частью его тела.
— А когда ты будешь открывать меня? — спросил он, и голос его дрогнул на последнем слове.
— Раз в неделю. Может быть, реже. Это буду решать я. Ты сможешь дрочить, когда я разрешу. Но только на моих глазах.
Он сглотнул. Я видела, как его кадык сделал резкое движение, и в такт ему его член дёрнулся в поясе — металлическая трубка чуть приподнялась, но он не мог встать. Пластик и сталь держали его в плену.
— Я согласен, — сказал он.
Я улыбнулась. Я знала, что он согласится.
Часть 12. Новые ощущения
Пояс верности давался ему тяжело.
Я видела это по его глазам по утрам — красным, с тёмными кругами, которые выделялись на бледной коже. По тому, как он сутулился, когда ходил по квартире,
Иногда такое случается