Я обнял её крепче, чувствуя, как под пальцами трепещет её тело, и накрыл её тонкие губы своими.
Это был не просто поцелуй — это был взрыв. Её крупный рот жадно раскрылся навстречу моему языку, она застонала глухо, с надрывом, впившись пальцами в мои плечи. Поцелуй вышел влажным, горячим, требовательным. Я спустил руки ниже, обхватил её округлые, упругие ягодицы под тонким ситцем платья, прижимая её к своему нарастающему вожделению.
Оля не скрывала своего желания — она выгибалась в моих руках, словно подставляясь под мои губы, её дыхание стало частым и рваным. Я подхватил её на руки — она оказалась удивительно лёгкой — и опустил на широкий диван. На ней было легкое ситцевое платье в котором она была в день нашего знакомства — руки скользнули по бёдрами и её тонкие "танга" сползли к ступням. Я откинул их куда то и вдруг в порыве страсти стащил с неё платье через голову.
В полумраке комнаты её обнажённое тело казалось совершенным изваянием: высокой бюст с налитыми, чувствительными сосками, узкие бёдра, идеальный изгиб талии и невероятно длинные, гладкие ноги.
Я припал поцелуями к её длинной шее, чувствуя, как бешено билась артерия под гортанью, затем спустился ниже, лаская губами и языком её упругую грудь. Оля выгибалась мне навстречу, её пальцы судорожно путались в моих волосах, она громко, не стесняясь, стонала от каждого прикосновения. Её тело было горячим, покрытым тончайшей испариной страсти. Соски напряглись и загрубели.
Когда я раздвинул её стройные бедра и скользнул ладонью между ног, она уже была полностью готова — влажная, горячая, трепещущая от вожделения. Сразу два пальца вошли в её тело словно к себе домой. «а девочка то явно не девственница» — подумал я припадая к вульве губами. Уже не помню когда я последний раз так вкусно делал кунилингус. Последние несколько недель пока я не знал что жена собирается сбежать, занимаясь с ней сексом Я замечал что в ней стало как то шире и вкус слегка изменился... но я все списывал на её гормоны а оказывается она уже давно трахалась на стороне. Получается что я ласкал губами то место куда другой самец совал свой огрызок? А-а-а...фу как противно!
Оля сейчас мне казалась чуть ли не святой. Я вошёл в неё одним уверенным, глубоким движением. Она ахнула, впившись ногтями в мою спину, и тут же ритмично подалась навстречу. Влагалище влажно объяло мой член и словно присосалось к нему.
Потом Оля делала мне минет. Ох...что это был за минет! Её язык творил чудеса а губы словно бы играли на флейте. Первый раз я разрядился ей прямо в рот. Она удивилась что у меня было столько спермы но она все проглотила не проронив не капли. В отличие от моей бывшей жены которая соскакивала и с миной отвращения бежала к раковине плевать.
Потом Оля снова поставила моего начавшего падать бойца, опрокинула меня на спину и оседлала меня. Своими движениями она словно исполняла все мои потаённые желания. Трубка её лона буквально доила мой член.
Это была предельно физиологичная, дикая и одновременно невероятно нежная близость. Каждое движение было наполнено мощными, сокрушительными толчками. Мы слились в единый тугой узел из тел, пота, жаркого дыхания и откровенной плотской страсти. Стены комнаты растворились, боль прошлого сгорела дотла. Её узкое влагалище сжимало меня с невероятной силой, доводя до грани безумия. Я видел её лицо в темноте: закушенная тонкая губа, широко распахнутые разноцветные глаза, полные дикого, первобытного восторга.
Сумка