Я вбивался глубже, массируя её клитор, а другой рукой скользнул к её жопе, лаская анус, осторожно надавливая. Она прогнулась сильнее, упираясь в кровать, и закричала:
— Ещё… ну, ещё…
Я тянул её на себя, её бёдра дрожали, она вставала на носочки, чтобы поймать угол, где мой хуй тёрся о её клитор. Я ускорился, одной ногой встав на кровать, и вошёл глубже, чувствуя, как её жопа сжимается вокруг моего пальца. Лена рухнула на матрас, её пизда запульсировала, и я прижал её телом, сделав несколько резких толчков, пока не кончил, чувствуя, как её мышцы сжимают меня, выдавливая всё до последней капли.
— Это было… охуенно, — выдохнул я, не зная, кто из нас сказал это первым.
Мы лежали, тяжело дыша, её тело было тёплым, липким от пота, и я гладил её волосы, пока она не засмеялась — тихо, счастливо. На следующий вечер я стоял у её двери, сжимая телефон, как талисман. Когда Лена открыла, её улыбка была ярче солнца, и я понял, что пропал — навсегда.
Как сказка стала былью (Нарвавшаяся грязнуля)