как его пальцы — длинные, тёплые, уверенные — начинают исследовать меня. Они скользнули по скользким губам, собирая влагу, и я вздрогнула, когда его палец проник внутрь, медленно, словно спрашивая разрешения. Я выдохнула, расслабляясь, и он вошёл глубже, чувствуя, как мои мышцы сжимаются вокруг него.
Он двигался внутри меня медленно, ритмично, его палец скользил по моим стенкам, и я чувствовала, как он находит те самые точки, которые заставляли меня терять голову. Он добавил второй палец, растягивая меня, проникая глубже, и я вцепилась в край лежака, чувствуя, как его пальцы касаются того самого места, от которого у меня перехватывает дыхание. Его большой палец надавливал на клитор, рисуя круги, и каждое его движение отдавалось во мне электрическим разрядом, заставляя мои бёдра приподниматься навстречу его руке.
Я слышала, как стону, как моё дыхание становится прерывистым, смешиваясь с шипением пара и каплями воды, падающими с купола. Мои глаза были закрыты, я видела только тёплые оранжевые пятна за веками, и я чувствовала, как его пальцы ускоряются, как они двигаются внутри меня, дразня и лаская, как он находит мой ритм и задаёт свой. Его дыхание было ровным, но я слышала, как оно становится чуть глубже, как он сосредоточен на моём теле, на моих реакциях.
Я чувствовала, как внутри меня нарастает волна, как она поднимается всё выше и выше, сжимаясь в тугой комок внизу живота. Его пальцы двигались быстрее, его большой палец сильнее надавливал на клитор, и я знала, что ещё немного — и я сорвусь, что моё тело уже не слушается меня, что я готова отдаться этому ощущению полностью, забыв обо всём на свете.
Потом его палец коснулся моего ануса — сначала легко, почти невесомо. Я вздрогнула, чувствуя, как его палец скользит по тугим мышцам, как он надавливает, проникая внутрь. Я застонала громче, чувствуя, как его пальцы двигаются внутри меня — один во влагалище, другой в анусе. Это было так интимно, так запретно, что у меня кружилась голова. Я потеряла голову. Я забыла, где я, кто я, почему я здесь. Я чувствовала только его пальцы, его руки, его прикосновения.
Что-то гладкое, тёплое и влажное коснулось моих губ. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но оно пронзило меня, заставив вздрогнуть. Я медленно приоткрыла глаза — в полумраке парилки, сквозь влажный пар, я увидела его. Головка его члена была прямо передо мной, тёмная, блестящая от влаги, пульсирующая в такт дыханию. Вид заставил меня замереть — внутри всё сжалось, а тело, всё ещё дрожащее от пережитого оргазма, мгновенно откликнулось на это прикосновение.
Он слегка надавил, и я почувствовала, как его кожа скользит по моим губам, оставляя влажный, тёплый след. Головка была мягкой, но в то же время твёрдой, и я ощущала её пульсацию, её настойчивое, почти просящее движение. Пар вокруг нас сгущался, оседая на коже мельчайшими каплями, а где-то за стеной продолжал шуметь вода — этот звук смешивался с его дыханием, глубоким и прерывистым, касавшимся моего лица. Запах его кожи — мужской, тёплый, с лёгким оттенком мыла и пота — кружил голову, делая меня более податливой.
Губы были сомкнуты, но я чувствовала, как они начинают подрагивать, как головка давит чуть сильнее, пульсируя у самого рта. Где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что я должна отстраниться, что это переходит границы, но тело уже не слушалось. Возбуждение было слишком сильным, жар разливался внутри, поднимаясь откуда-то из глубины, заполняя всё тело, заставляя мышцы расслабляться, а мысли — затихать, уступая место единственному желанию — принять этот момент, позволить ему случиться.
Запретные Терни любви