ввязываться в этот спор, — сказала она, всё ещё улыбаясь. — Так что, мы будем сплетничать всю ночь или ты научишь меня менять прокладки в кранах?
— Ах… где твой главный водопроводный кран? — спросил я, когда она направилась к входной двери.
— О… ммм… возможно, он там, справа от ворот, — усмехнулась она.
Я перекрыл воду, взял инструменты и последовал за ней в её просторный и аккуратный дом, сняв ботинки у двери. Несмотря на её протесты, я настоял, чтобы она выполняла работу под моим руководством.
— Возможно, тебе придётся сделать это снова позже, и ты лучше запомнишь, если сделаешь это сама, — сказал я ей.
Она довольно хорошо освоилась после того, как мы поменяли прокладки в прачечной и на кухне.
— Запомни: «Затягивай — вправо, откручивай — влево», это лучший способ запомнить, в какую сторону нужно крутить, — несколько раз подсказал я ей.
Ситуация стала значительно интереснее, когда мы поднялись наверх, в её ванную комнату.
— Мама… где ты? — раздался голос Ланы из коридора.
— Я в ванной, дорогая, — крикнула Ева со своего конца.
Лана вошла в ванную и… замерла. Её рот широко раскрылся, когда она увидела, как мать стоит у крана, а я рядом с инструментами.
— Вода отключена, пока мы меняем прокладки, — спокойно сказала Ева, повернувшись к дочери.
Я лишь ухмыльнулся Лане. Её рот скривился, как у рыбы, выброшенной на берег. Она явно пыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Её щёки быстро покрылись румянцем, когда она поняла, что её мать стоит рядом со мной в тесной ванной комнате.
— Ох… мне очень нравится твоя новая прическа, дорогая… но лучше прикрой её, пока у мистера Эванса не случился сердечный приступ, — хихикнула Ева, явно наслаждаясь моментом.
Лана издала сдавленный, полный стыда визг, мгновенно прикрыв руками свою гладко выбритую, блестящую промежность. Её лицо вспыхнуло ярко-красным. Она резко развернулась и бросилась обратно в коридор, чуть не споткнувшись. Ева согнулась пополам от приступа смеха, держась за край раковины.
— Ты знал о её новой «прическе»? — усмехнулась она, вытирая уголки глаз.
— Ах… да… работа Никки, кажется, — ответил я, тоже не сдерживая улыбки.
— Ах… Никки… — Ева слегка покраснела. — Ммм… хорошая, аккуратная работа. Может, сэкономлю несколько долларов в салоне и дам ей немного карманных денег… Что ты о ней думаешь?
Я вышел посмотреть в коридор, где Лана всё ещё пряталась за углом.
— Да… милая девочка… гормоны сейчас сеют настоящий хаос… довольно… ммм… авантюрная, — усмехнулся я.
Мы спустились в комнату Ланы, чтобы поменять прокладку в её ванной. Лана как раз вернулась, снова в полной школьной форме, и спросила, всё ещё красная:
— Так что же вы, собственно, делаете в моей ванной, Папа… Джек?
Я застонал, театрально схватился за грудь и прислонился к стене. Медленно сползая по ней, я начал булькать и тяжело задыхаться, а потом и вовсе свалился боком на пол.
Лана хрипло завизжала:
— Мама, сделай что-нибудь!!!… Боже, не умирай! — всхлипывала она, бросаясь ко мне и рыдая.
— ПАПАААА! — кричала она, тряся меня за плечи.
Я не выдержал и улыбнулся, открыв один глаз.
— Ах… так лучше, милая, — тихо сказал я, медленно садясь.
Лана сначала замерла, а потом села и начала колотить меня кулачками по груди.
— Аааа, совсем не смешно! НИКОГДА больше так со мной не делай!!!… Ты мне очень многим обязан, Папочка!!! — пропищала она, хотя в её глазах уже блестели слёзы облегчения.
— Прости, милая, наверное, я немного переборщил, — усмехнулся я, поймал её руки и поцеловал в щёку.
Школьный садовник (Главы 1- 3)