как я жадно лизал её тугую, мокрую вагину или как трахал Никки. Глубоко вдохнув и выдохнув, я вышел из машины, взял сумку с инструментами и постучал в дверь ровно в пять тридцать. Потом отступил на пару шагов, чтобы не выглядеть слишком навязчиво. Дверь открыла миссис Робинсон.
— Прежде чем я войду, миссис Робинсон… не мог бы я с вами поговорить? — спросил я.
Она провела меня к стульям и столу на террасе и села. Я устроился напротив.
— Ах, ну… как вы знаете, Лана уже некоторое время подает мне завтраки, — начал я осторожно. — Недавно она сказала, что никогда не знала своего отца, а потом, может быть, на следующее утро она обратилась ко мне с просьбой… Я рассказал ей о выходных, проведённых на пляже с водными горками, в рамках программы «Папа на один день».
Я сделал паузу, глядя ей в глаза.
— Оглядываясь назад, я признаю, что должен был настоять на том, чтобы она сначала представила меня вам, по крайней мере, чтобы получить ваше одобрение… но я этого не сделал… Я нисколько не обижусь, если вы попросите меня уйти.
Миссис Робинсон долго молчала, внимательно изучая меня.
Она не отрывала от меня взгляда на протяжении всего моего рассказа, не перебивая ни разу. Её глаза, как и у Ланы, время от времени становились чуть голубее, словно в них вспыхивал интерес.
— Я согласна, что тебе следовало сначала попросить о встрече со мной, — наконец сказала она. — Однако, учитывая, что Лана рассказала мне о своей просьбе… и ты согласился, я, наверное, так же виновата, что не настояла на том, чтобы она представила тебя мне… Так что, думаю, мы квиты.
Она тихонько усмехнулась.
— Хотя я должна признать, что ты… недавно немного изменил её выбор одежды… что, как она мне тоже сказала, было твоей заслугой… Мне так понравился твой простой «тест» на длину юбки, — она усмехнулась. — Так что, думаю, ты меня переиграл.
Я глубоко вздохнул и снова посмотрел ей в глаза.
— Ты в курсе, Ева, она в последнее время звонила мне по видеосвязи по вечерам? — спросил я.
Она кивнула.
— И что недавно она позвонила мне в том, что, по её словам, было твоим «обычным» вечерним нарядом, когда я предложил…
— Тебе бы не понравилось, если бы она позвонила мне в таком виде? — закончила она за меня, слегка приподняв бровь.
Ева на этот раз отвела взгляд, слегка расширив глаза.
— Ох… и что ты сделал? — спросила она тихо.
Я не ответил сразу, собираясь с мыслями.
— Моим первым побуждением было закончить разговор… но я этого не сделал… Правильно это или нет, я отнёсся к нему как к «обычному» звонку… Боясь, что она может почувствовать себя отвергнутой… возможно, у неё разовьётся комплекс неполноценности. Она, безусловно, целеустремлённая и умная молодая женщина, но всё же временами уязвимая… Но, если быть предельно честным с собой, я не закончил разговор… в основном потому, что у неё потрясающая грудь.
Глаза Евы действительно расширились, на мгновение стали серо-голубыми, а рот слегка приоткрылся. Затем её тело слегка задрожало, она подавила смешок, а потом рассмеялась — в её глазах заблестели голубые искорки.
— Да, мистер Эванс… да… — проговорила она, качая головой.
— Ах, насчёт этой истории с «Папочкой»… она немного не хочет отпускать это, и у меня… эмм… не хватает духу положить этому конец… Но я это сделаю, если вы считаете, что всё зашло слишком далеко.
Ева снова рассмеялась, откинувшись на спинку стула.
Школьный садовник (Главы 1- 3)