Засунь этот ублюдочный конский член в мою пизду, ты, жирный ублюдок, насилующий девственниц! — хрипела она, полностью отдаваясь похоти. — Оплодотвори свою маленькую узенькую шлюху, любящую толстые хуи… Влей свою ебаную сперму глубоко мне в матку, ублюдок! Она выкрикивала ещё несколько бессвязных, грязных фраз, пока её тело билось в моих руках. Вдруг её дыхание перехватило — Лиза испытала мощнейший, эпический оргазм. Её тугая пиздёнка бешено сжалась вокруг моего члена, пульсируя и доя его. Я не выдержал. С рычанием я сильно вбил хуй до самого конца и начал кончать — густые, горячие струи спермы мощно били ей глубоко в матку.
Лиза обмякла, издавая слабые, прерывистые стоны и бесконечные «о, блядь… о, блядь…». Её тело мелко подёргивалось, пизда продолжала судорожно сжиматься вокруг моего члена.
Я перевернулся на бок, не вынимая хуя, и крепко прижал её к себе. Потом, всё ещё оставаясь внутри, я поднялся, подхватил её на руки и понёс в душ. Я не хотел потом спать в луже крови и соков.
Лиза слабо протестовала, когда я поставил её под тёплые струи воды. Она была ещё слишком слабой, чтобы стоять самостоятельно. Я обнял её сзади, придерживая, пока вода смывала следы нашего безумия.
По её бёдрам и по моему члену стекали тонкие струйки крови — доказательство того, что я только что лишил её девственности.
— Нужно размять ноги, милая, — усмехнулся я, целуя её в мокрое плечо. — Тебе скоро нужно будет возвращаться в общежитие.
После душа я сидел на веранде, наслаждаясь прохладным ночным воздухом. Лиза уютно устроилась у меня на коленях лицом ко мне. Её маленькая ладошка лениво играла с моим ещё вялым, но уже начинающим наливаться членом, пока я скручивал очередную сигарету и закуривал.
— Как думаешь, он скоро снова встанет? — тихо спросила она, проводя пальчиком по набухающей головке.
Я усмехнулся, выпуская дым.
— Чёрт, девчонка… Я думал, что твоя узенькая пизда слишком болит для ещё одного раунда сегодня вечером.
Лиза хихикнула, слегка покраснев:
— Ах, да… наверное, болит… Но папа всегда заставлял меня снова садиться на лошадь, если я падала, независимо от того, насколько сильно я ушиблась… Думаю, мне следует сделать то же самое с этим конским членом.
Я наклонился и жадно обхватил губами один из её толстых, тёмных сосков. Лиза издала прерывистый, булькающий стон и выгнулась, приподнимаясь на коленях, чтобы мне было удобнее. Её пальцы крепко вцепились в мои волосы, пока я поочередно сосал и покусывал её набухшие соски.
— Ахх… боже… как же это приятно… — промурлыкала она, дрожа всем телом. — Моя киска снова покалывает…
Минута ленивых, влажных ласк её чувствительных сосков заставила Лизу тяжело дышать и мелко дрожать. Мой член начал заметно твердеть у неё в руке. «Ещё немного её горячего ротика на моём хуе — и я буду готов снова оседлать эту похотливую маленькую пиздёнку», — подумал я, глядя, как она возбуждённо ёрзает на моих коленях.
— Боже… Я думал, Никки — это жадная маленькая шлюшка… А эта прелесть совсем другого уровня, — усмехнулся я про себя.
Я встал, подхватил Лизу на руки и понёс её обратно в спальню. Уложив на кровать, я встал рядом и усмехнулся:
— Если ты сможешь возбудить его ротиком, я снова засажу этот толстый хуй в твою развратную маленькую пиздёнку.
Лиза с готовностью схватила мой полужесткий член обеими руками и жадно начала лизать и обсасывать его, глядя мне в глаза. Её горячий, мокрый язычок работал по всей длине, облизывая головку и уздечку, пока член быстро наливался кровью. По
Школьный садовник (Главы 1- 3)