Дмитрий чувствовал, как внизу живота собирается знакомый, тяжелый жар.
— Боже, какая ты красивая, — прошептал он, хватая ее за бедра и приподнимая.
Татьяна обхватила его за талию ногами, когда он прижался пятой точкой к широкому стволу старого дерева. Ее грудь прижалась к его рубашке, и он почувствовал, как затвертели ее соски проступают сквозь тонкую материю.
— Хватит слов,— простонала она, впиваясь ногтями в его плечи.
Дмитрий с жадностью сжал её груди, чувствуя, какие они упругие и горячие. Татьяна выгнулась, подаваясь вперед, чтобы дать ему больше доступа к своему телу.
Он опустил голову и начал жадно сосать ее сосок, одновременно с этим его рука скользнула вниз, между бедер. Одним своим пальцем он погрузился в ее влажную плоть, заставив жену вскрикнуть от неожиданного и сильного удовольствия.
— О да...— застонала она, закидывая голову назад и открывая ему шею.
Дмитрий больше не сдерживался. Он расстегнул молнию своих брюк, освобождая свой твердый, пульсирующий член, который жаждал этого момента. Татьяна почувствовала его головку у своего входа, и ее дыхание сбилось. Она медленно опустилась вниз, раздвигая ноги и принимая в себя весь его объём.
Его плоть вошла в нее с влажным, сочным звуком, заполняя ее до самого края.
— Ах...— Татьяна сжала его крепко, чувствуя, как ее внутренние мышцы охватывают его, не давая выбраться, — Дмитрий, ты такой сегодня... большой.
Дмитрий начал двигаться, сначала медленно, прислушиваясь к ее реакции, а затем всё быстрее. Ритм стал разным, рваным; он вбивался в нее, глубоко и жестко, поднимая ее тело вверх и заставляя ее задыхаться от возбуждения. Каждый его толчок отдавался вспышками белого света в ее мозгу.
Татьяна чувствовала, как ее тело поглощает его, как ее влага смазывает его кожу, делая каждый их союз неостановимым. Она обхватила его за спину, с силой прижимала к себе, чтобы не оставить ни миллиметра пространства между ними. Ее бедра сами двигались навстречу ему, жадные, требующие ещё большего.
— Быстрее... пожалуйста, — шептала она ему в ухо, покусывая мочку.
Дмитрий охнул и прибавил темп. Его движения стали резкими, точными, полными яростного вожделения. Он чувствовал, как ее влагалище сокращается вокруг члена, зажимая его плоть, и это сводило его с ума.
— Ты такая сегодня тесная...— выдохнул он, теряя контроль, — Походу мы так долго именно этого и ждали.
Его рука скользнула вниз, и он нашел ее клитор, ритмично надавливая на него большим пальцем. Татьяна задохнулась, ее тело задрожало в экстазе.
— Ой, боже... не останавливайся!— вскрикнула она, сжимаясь вокруг него так сильно, что Дмитрий едва не кончил в тот же миг.
Он сменил позу, аккуратно перенеся ее на спину прямо на мягкий ковер из мха.
— Здесь?— спросил он, глядя в ее затуманенные глаза.
— Здесь. Прямо здесь, — ответила она, разводя ноги еще шире и приглашающе поднимая бедра вверх.
Он вошел в нее с размаху, одним мощным толчком, до самого основания. Татьяна выгнулась дугой, ее пальцы впились в его плечи, заставляя трещать ткань рубахи. Она слышала только свое сбитое дыхание, его тяжелый вдох и ритмичные шлепки и чавканье их плоти, сталкивающейся друг с другом.
Его кожа на шее была соленой, влажной, пахла мужчиной и лесом. Дмитрий зарылся лицом в ее волосы, вдыхая их аромат, и продолжал методично вбиваться в нее, стараясь задеть каждое чувствительное место.
— Я хочу тебя... полностью, — прошептал он, и она почувствовала, как его кадык дернулся, нервно сглатывая.
Татьяна обхватила его ногами, прижимаясь плотно, так, чтобы каждое его движение знало ее внутренности. Она чувствовала, какое напряжение копится в нем, как он становится всё жестче, как его дыхание превращается в свист.
Костик или складки на колготках