успели, что лишало любые попытки моей бывшей жены судиться какого-либо смысла. Проконсультировавшись с четырьмя юристами, она, скрепя сердце, подписала все необходимые бумаги и навсегда исчезла из моей жизни.
Но вместе с браком в тартарары полетел и мой запланированный отпуск — лететь на Мальдивы одному не имело никакого смысла. Билеты я вернул без потерь, однако окно на ближайшие две недели никуда не делось.
— Таисия, какие у тебя планы на отпуск? — Учиться, учиться и ещё раз учиться, — отчеканила ассистентка, не отрываясь от экрана ноутбука.
Освободившись от супружеских уз, я стал замечать в юной референтке куда больше, чем прежде. Девушка одевалась со вкусом, подчёркивая свою фигурку, и глазу было на чём остановиться: длинные ножки переходили в изящные бёдра, те — в тонкую талию, а всё это великолепие венчала скрытая от моего взора, но не от воображения грудь. И хотя её наряды выгодно обрисовывали каждую линию, они по-прежнему строго соответствовали деловому дресс-коду: никаких коротких юбок, никакого декольте — только блузки, застёгнутые до горла, и подолы до колена или чуть выше.
С того вечернего звонка мы ни разу не касались моих семейных дел, соблюдая профессиональную дистанцию. Но как свободный и ещё не старый мужчина, я уже не видел в ней просто подчинённую. Вернее, не так: я хотел подчинить её — совсем в другом смысле. Более личном, даже чуть грязном.
— Вот что, милая, у тебя есть загранпаспорт?
— Да, получила неделю назад. Вдруг у вас будут заграничные командировки.
— Какая умница. Тогда запиши нас на консульский приём в итальянское посольство. Поедем с тобой на Сицилию.
— У вас там партнёры?
— Нет, дорогая, у нас там отпуск.
И, не дожидаясь её возражений, я покинул офис, предвкушая весёлое приключение в самое ближайшее время.
***
Заселение в отель вышло презабавнейшим казусом: — Тая, ты случайно не бронировала номер специально для молодожёнов? — осведомился я, взирая на исполинское ложе, усыпанное алыми лепестками роз.
— Н-нет, Алексей Львович, просто он оказался единственным свободным, да ещё и со скидкой... — Таисия стояла рядом, пунцовая, как варёный рак, явно не ожидавшая от себя подобного промаха. — Ладно, я устроюсь в гостиной, там есть диван, — я не усмотрел в случившемся особой трагедии: первый прокол за два месяца работы, для восемнадцатилетней девчонки без опыта — результат, в общем-то, отменный. — А ты пока убери отсюда эту порнографию, — указал я ей на розовые лепестки.
— Алексей Львович, простите меня, ради бога, я не разобралась в интерфейсе, не увидела, что номер предназначен для новобрачных... Это же ваш отпуск, я всё мигом уберу, давайте я лучше на диване посплю — обычно собранная и почти железобетонная Тая вдруг запричитала тонким, дрожащим голоском, словно нашкодивший ребёнок, которого отчитывают за двойку в четверти. Её пальцы судорожно теребили край платья, ресницы затрепетали, будто она вот-вот расплачется, а взгляд упрямо скользил мимо моего лица. Я с изумлением воззрился на неё — у девчонки явные проблемы с самооценкой, она принимает совершенно пустяковую ситуацию чересчур близко к сердцу.
— Да всё нормально, Тая, никто же не умер. Номер молодожёнов — так молодожёнов. Кровать огромная, поместимся. Не переживай. Лучше давай на пляж сходим. Ты ведь купальник с собой взяла?
— В-взяла... — почти шёпотом выдохнула девушка.
— Тогда бегом переодеваться, а я займу нам лежаки и буду ждать тебя на пляже.
— Х-хорошо, Алексей Львович. — она почти всхлипнула и растворилась из спальни, устремившись к душевой вместе с чемоданом.
«И кто же тебя так, милая, доконал? — мелькнуло у меня в голове. — Сдаётся мне, твой перфекционизм —
Однажды в Америке