внутри неё, отвечая на каждое движение. Это было почти невыносимо — эта влажная, скользкая теснота, от которой по спине бежали мурашки, а в голове всё путалось. Он ощущал каждый изгиб её тела, каждое сокращение, и это сводило его с ума, заставляя терять контроль, забывать о времени и смысле всего, что было до этой комнаты, этой постели и своей сестры.
– Вот... бля, как же хорошо...
Он вновь толкнулся, чувствуя, как её внутренние стенки обнимают его, не желая отпускать, и с каждым новым движением напряжение внутри него росло, превращаясь в огненный ком, который вот-вот должен был взорваться.
— Боже... — Рита выдохнула, впиваясь ногтями в его спину.
– Ты чувствуешь, как я тебя трахаю, радость моя, тебе хорошо? — прошептал Максим ей на ухо, его голос стал грубым и низким.
– Да... сильнее, больше... не жалей меня.
Он увеличил темп, вбиваясь в неё всё глубже и жестче. Рита вскрикивала с каждым его толчком, её тело выгибалось, принимая всю его мощь. Он чувствовал, как она приходит к развязке, как её внутренний ритм ускоряется, превращаясь в судорожные сокращения.
– Макс... сейчас... сейчас!
Рита закинула голову назад, её тело напряглось, превращаясь в одну сплошную струну. Максим сделал последний, самый глубокий толчок, заполняя её до самого дна, и с громким стоном излился в неё, чувствуя, как её оргазм накрывает их обоих, смешивая их в едином порыве.
Они лежали неподвижно, тяжело дыша и слушая, как в соседней комнате тикают старые настенные часы. Постель была измята, вокруг витал запах секса и близости — самый честный запах в мире.
Рита приподнялась на локте, глядя на него затуманенным взглядом. Она улыбнулась, и эта улыбка была самой счастливой из всех, что он видел за всю свою жизнь.
– Кажется, мы нарушили все правила, — тихо сказала она, касаясь его щеки.
Максим улыбнулся в ответ, притягивая её обратно к себе, чтобы обнять.
– Лучшее, что мы когда-либо делали.
Они лежали, глядя, как тени от жалюзи медленно ползут по стенам, и впервые за долгое время они чувствовали, что всё на своих местах. Городок за окном жил своей обычной жизнью, люди шли с работы, дети играли на площадках, и никто не знал, что в этом обычном доме вчерашние дети открыли друг в друге целый мир, полный музыки, огня и бесконечного желания.
Глубокие отношения