почувствовав легкую боль от ремня. Саша поднял глаза, не отрываясь от меня языком.
— Смотри в зеркало, - напомнил он. - Смотри, какая ты красивая, когда тебя вот так раскрывают.
Я посмотрела. В отражении была девушка с растрёпанными после душа волосами, мкованными руками, разведёнными ногами и мужской головой между них. Вид ударил сильнее любого прикосновения. Я уже текла обильно, и Саша это чувствовал - он громко, неприлично ласкал меня языком, собирая влагу, иногда шлёпая ладонью по внутренней стороне бедра.
— Расскажи, - вдруг сказал он, вставая на колени и проводя головкой член по моим складкам. - Как тебя трахали до меня. Вслух. Подробно.
Я вспыхнула.
— Саша...
— Говори. Или я остановлюсь.
Он специально отстранился. Пустота между ног стала почти болезненной.
— Макс... в кинотеатре... пальцами, - начала я срывающимся голосом. - Потом дома... на нашей с Никой кровати... сильно... до конца...
Саша наградил меня одним глубоким толчком и сразу вышел.
— Дальше.
— Андрей... в парке... у дерева... сзади... - я уже почти плакала от смеси стыда и возбуждения. - Потом в сауне... вместе с Максом... они меня... меняли...
Он снова вошёл - жёстко, до упора - и начал двигаться короткими, сильными толчками.
— А врач? - низко спросил он. - Расскажи про врача.
— На кушетке... - простонала я, глядя в зеркало, как его член входит и выходит из меня. - Говорил, что это часть адаптации... кончил внутрь...
Саша ускорился. Одна рука легла мне на горло, вторая шлёпнула по груди.
— Хорошая девочка, - тихо сказал он. - Но теперь ты принадлежишь только мне. Каждый раз, когда я буду тебя трахать, помни кем ты стала.
Он трахал меня глубоко и ритмично, заставляя смотреть в зеркало. Каждый раз, когда я пыталась закрыть глаза, он шлёпал по бедру или сильнее сжимал горло. Я кончила первой - громко, с дрожью, сильно сжимаясь вокруг него. Он не остановился. Продолжал вбиваться, растягивая оргазм, пока я не начала скулить.
Только тогда он вышел, перекинул мои ноги себе на плечи и вошёл снова - ещё глубже. В этом положении я видела в зеркале абсолютно всё: как растягиваюсь вокруг него, как качается грудь, как моё лицо искажается от удовольствия.
— Ещё раз, - приказал он. - Кончай ещё раз. Смотри на себя.
Я кончила второй раз почти сразу - уже с всхлипами, дёргая руками так, что ремень впился в запястья. Саша резко вышел, перекинул меня на бок, лёг сзади и снова вошёл, на этот раз прижимаясь грудью к моей спине. Одна рука сжалась на горле, вторая - между ног, быстро натирая клитор.
— Теперь ты моя, - рычал он мне в ухо. - Моя. Будешь кончать, когда я разрешу. Будешь открывать рот, когда я скажу. Будешь принимать всё, что я дам.
Он ускорился. Я уже почти потеряла способность думать. Третий оргазм накрыл так сильно, что перед глазами потемнело. Саша вытащил член в последний момент, резким движением перевернул меня на спину, сел мне на грудь и кончил прямо на лицо и в открытый рот - густо, горячо, с низким стоном.
Я глотала то, что попало внутрь. Остальное стекало по щекам и подбородку. Саша провёл головкой по моим губам, собирая остатки, и тихо приказал:
— Оближи. Всё.
Я облизала. Глядя ему в глаза.
Он наконец снял ремень с запястий, лёг рядом и притянул меня к себе, не обращая внимания на то, какая я мокрая и грязная. Пальцы медленно гладили красные следы на запястьях.
— Вот так, - прошептал он мне в волосы. - Теперь ты знаешь ещё одну грань себя.
Кэтрин (окончание "Переломного уикэнда"). День