всё больше утверждался в мысли, что она моя судьба. Так я ей сделал предложение, стоя на колене на порванном линолеуме, на фоне обшарпанных стен. В руке у меня было кольцо, купленное на деньги, которые я копил три месяца, отказывая себе в новых ботинках, которые мне были нужны. Кольцо было тонкое, с крошечным камешком, но для меня оно было символом моей любви, моей готовности отдать всё ради неё.
Ирина посмотрела на меня, на кольцо, на меня снова, и в её глазах я увидел не только радость, но и что-то ещё, что-то, что я тогда не смог распознать. Теперь я знаю, что это было разочарование. Она ожидала большего, но и от этого не отказалась.
— Серёжа, это так приятно. Я согласна, но давай повременим со свадьбой. Ты же видишь, где мы живём. А я хочу и свадьбу нормальную, и ресторан, и много гостей. Давай закончим учёбу, начнём работать, накопим денег на свадьбу и поженимся. Я не хочу как Тамарка в деревне с ящиком водки праздновать.
Тамара была её подруга, которая тоже училась с ней, но потом вернулся её парень из армии, забрал её обратно в деревню, они собрали денег на ящик водки и в деревне отметили. Тамара так и осталась там. Больше мы о них не слышали. Иногда я думал о Тамаре, о том, как сложилась её жизнь в той деревне, среди кур и огородов, с мужем, который, возможно, и не любил её, а просто не хотел быть один.
Я согласился на её условия и начал искать возможности заработать. Грузчиком на грузовом дворе, ночным сторожем в садике, кем и как я только не пытался заработать денег на свадьбу. Но все скопленные деньги быстро находили применение.
— Серёж, ты не против, я немного возьму денег, Верка турецкие вещи продаёт, качество огонь.
Ирина одевалась красиво, а теперь ещё и модно, я же уже и забыл, когда покупал себе одежду. Да и мыслей об этом не было, я работал и откладывал каждую копейку. Мои ботинки совсем развалились, подошва отходила, и я подвязывал её верёвкой, чтобы не шлёпала при ходьбе. Ирина делала вид, что не замечает. Она вообще умела не замечать то, что ей не нравилось.
Не подумайте, что моя Ира была плохой, нет, я любил её по-настоящему, просто в том молодом возрасте живёшь одним днём и не думаешь о будущем, так и моя Ира старалась получить удовольствие от каждого прожитого дня. Она жила как бабочка, порхая с цветка на цветок, не задумываясь о зиме. А я был тем цветком, который должен был давать ей нектар, не прося ничего взамен.
Наступило окончание учёбы, и мы начали искать работу для себя. В то время было сложнее найти место, не было такого дефицита учителей, как сейчас. Так получилось, как и всё в том времени, что один из родственников Иры работал в министерстве образования нашего края и помог нам устроиться в очень хорошую школу в городе. Я учителем математики, а Иру учителем русского языка и литературы.
Помню как сейчас, тридцать первое августа. Мы с Ирой готовились к следующему дню с огромным волнением. Ира гладила свою блузку, ту самую, белую с кружевным воротником, и повторяла про себя план первого урока. Я проверял свои конспекты.
Школа встретила нас сухо, преподаватели были все взрослые и словно держали обиду на нас за нашу молодость. Любая активность с нашей стороны встречала смех и фразы о нашей молодости. Я слышал, как за моей спиной шептались: "Молодо-зелено, посмотрим, как они запоют через месяц". Ирина слышала то
Старая дружба