ловит их, и не всегда у него получается их нормально поймать, мне даже кажется, что он специально ловит их иначе. Его руки скользят по их талиям, опускаются ниже, задерживаются на бёдрах, и девочки смущаются, но молчат, потому что так принято, потому что он учитель, а они ученицы.
Заметив меня, он даёт классу задание и идёт ко мне. Я вижу, как у него что-то топорщится в штанах, что-то большое. В голове снова та картина из моей фантазии. Я не могу оторвать взгляд от этого бугра, и мне кажется, что он замечает мой интерес, потому что его улыбка становится шире, а взгляд делается насмешливым.
— О, математик, здорово. Ты чего? Решил спортом заняться?
— Да нет, я так, мимо проходил, зашёл поздороваться, думал, может, чай попьём.
Я показал шоколадку, которую мне подарили на первое сентября, вызвав улыбку у Семёна.
— Ну пошли.
Его маленький кабинет был таким, как я и представлял. Только вместо плаката висел календарь, а Шварценегер висел у маленького стола. Я осмотрелся, стараясь не выглядеть слишком навязчивым, но каждая деталь впивалась в мою память, как осколок стекла. Старый диван с потёртой обивкой, кресло с просевшими пружинами, письменный стол, заваленный бумагами, шкаф с грамотами и кубками. Всё это было пропитано запахом пота, пыли и какого-то дешёвого дезодоранта. Я сел на то самое кресло, где могло быть то, что я слышал от учеников в туалете. Я был возбуждён, мне было стыдно, я не хотел показывать это. Я сидел на том самом месте и пил чай с тем самым человеком, который, возможно, прямо тут вчера трахал Иру. Мой член давил на брюки, и я попытался незаметно поправить его, но Семён, кажется, заметил и хмыкнул.
— Ну рассказывай, как дела? Не обижают? Ха-ха-ха-ха.
Он засмеялся, показывая свои неровные зубы. Я молча улыбнулся и отпил чай. Чай был обжигающе горячим, но я сделал вид, что мне нравится.
— Да нет, всё нормально. Как ты, молодёжь спортивная сейчас?
И наш разговор вошёл в русло молодого поколения, их желаний и странной моды. Мы говорили просто, и я чувствовал симпатию с его стороны. Наверное, если бы слухи были правдой, он бы вёл себя иначе. Был груб или неразговорчив. Но он был сама приветливость, и это сбивало меня с толку. Может, я всё выдумал? Может, эти дети просто наврали, чтобы казаться крутыми? Но тогда откуда они знают про его член? Эти мысли крутились в моей голове, как белки в колесе, не находя выхода.
В дверь постучали, и в помещение вошла Ирина, она заходила быстро и не ожидала меня тут встретить.
— Сергей? Ты?
Её вид был очень удивлённым. Как и мой тоже. Я смотрел на неё и чувствовал, как внутри всё переворачивается. "Это что, правда", шептал мне внутренний голос. Этот голос, казалось, существовал отдельно от меня, он звучал громче всех моих мыслей, и я не мог его заглушить.
— О, Ира, спасибо, что занесла ручку, а я уже её потерял.
Сказал Семён и взял у моей будущей жены ручку, которую та держала в руках, и положил в стакан с остальными. Его движение было быстрым, уверенным, словно он делал это уже много раз.
— Ручку попросила, я дал ей, а сейчас вернула. Да?
Он вопросительно посмотрел на Иру. Она была потерянной и только и смогла повторить за ним сказанное. Её глаза метались между мной и Семёном, и я видел, как она пытается найти выход, но не находит.
— Ну, я, конечно, рад, что вы всей семьёй ко мне, но у меня урок, можете вместе посидеть, попить чай.
Переломный уикэнд. Часть 1