что я уже её имею. Если бы знал, что она сейчас лежит с моим хуем во рту. Но я молчал. Пусть фантазирует.
Мы переписывались минут тридцать. Колян всё больше распалялся. Я чувствовал, как мой член под его словами снова наливается. Мама всё ещё спала, но её губы уже не просто лежали на мне — они начали подрагивать. Она причмокивала. И я знал: ей снится что-то грязное.
Потом она проснулась. Вздохнула глубоко. Приподняла голову. Посмотрела на меня снизу вверх. Глаза сонные, но губы уже причмокнули, собирая слюну.
— Что делаешь, сынок? — спросила она хрипловатым голосом.
— С Коляном переписываюсь.
— Ну что, скинул ему фотку?
— Скинул.
— Ого. И что он?
— Хочет тебя. Очень.
— Дай посмотрю, — она потянулась к телефону.
Я отдал. Она легла обратно, устроилась поудобнее, прижавшись щекой к моему бедру. Начала читать. Я наблюдал за ней. За тем, как она ведёт пальцем по экрану. За тем, как её губы растягиваются в улыбке. За тем, как она прикусывает нижнюю губу. Потом её глаза расширились. Дыхание стало чаще. Я видел, как её соски под белой футболкой снова затвердели — два тёмных бугорка.
— Бля, Лёш... — выдохнула она. — Как я вас уже хочу... Я аж возбудилась. Вы меня там как блядь общую обсуждаете... И меня это заводит.
— Я же говорил, что он тебя хочет.
— А можно я сама с ним попишусь?
— Хорошо. Только не спались. Пиши как я бы отвечал.
— Хорошо.
Она взяла телефон. Задумалась на секунду. Потом посмотрела на меня:
— Как ты думаешь, что у него спросить?
— Сама придумай. Ты же у нас шлюха.
Она хмыкнула. И начала печатать.
«Коль, а что бы ты сделал, если бы она повелась?»
Ответ:
«Лех, ты чё? Я бы её с нее не слазил, мы бы с тобой долбили ее всю ночь ».
«А куда бы ты сначала вошёл?»
«В рот. Пусть сосёт. А потом в киску. Потом в попу».
Мама задышала чаще. Спросила:
«А куда бы кончил?»
«В рот. И на лицо. Пусть вся в сперме будет».
Она прочитала. Потом снова:
«А ты бы хотел её по кругу пустить?»
«Конечно. С пацанами. Чтобы её все драли. И по очереди в рот кончали».
«Кого бы позвал?»
«Серёгу. И ещё пару пацанов с района. Они не откажутся от такой доступной суки, там бы наверное на нее очередь бы собралась».
Мама сглотнула. Я видел, как её рука скользнула вниз, к себе. Она начала трогать себя через юбку, не отрываясь от телефона.
«А как бы вы её ебли?» — напечатала она.
«Как шлюху. Во все дырки. Чтобы она кричала. Чтобы её рот был полон спермы. Чтобы из всех дырок текло».
Она прочитала. Потом положила телефон мне на грудь. И снова взяла мой член в рот. Медленно. Глубоко. Я застонал.
Она сосала и продолжала переписываться с Коляном. Одной рукой держала телефон, второй — мой хуй. Писала вопросы, отправляла, читала ответы. И всё это время её губы скользили по моему стволу.
— Бля... — шептала она, оторвавшись на секунду. — Ты посмотри, как они заводятся... От зрелой тётки... И не от худышки даже... А от пышки...
— Ты ему нравишься, — ответил я.
— Ещё как...
Она снова взяла меня в рот. И продолжила. А потом сказала мне:
— Сфоткай меня. Так, будто я сплю. А ты снимаешь. И чтобы дырочки было видно.
Я взял телефон. Она легла в позу — на спине, юбка задрана, ноги раздвинуты. Я навёл камеру. Сделал три снимка. Она проверила. Улыбнулась.
— Вот эти. Отправь.
Я отправил Коляну. Ответ не заставил себя ждать:
«ЛЕХ БЛЯ Я СЕЙЧАС КОНЧУ НА НЕЁ. ОНА ПРОСТО ОГОНЬ. КАКАЯ ЖЕ У НЕЁ ПИЗДА
Голодная мама