Категории: Измена | Случай
Добавлен: Сегодня в 04:06
с утра. Я ещё не оделась.
— Врёшь. Ты для них так ходишь. Чтобы сфотографировать. Чтобы было удобнее. Да?
Она не ответила. Потому что он был прав.
Он резко, без предупреждения, вошёл в неё сзади. Одним глубоким, сильным толчком, от которого она вскрикнула и подалась вперёд, ударившись ладонями о стену. Он был твёрдым, как камень, и толстым — она уже забыла, каким толстым он может быть, когда по-настоящему возбуждён. Он заполнил её полностью, до самого конца, и на мгновение замер, давая ей привыкнуть — или, наоборот, наслаждаясь её растерянностью.
— Чувствуешь? — прошептал он ей на ухо, и его дыхание обожгло кожу. — Это я. Твой муж. Тот, кого ты чуть не потеряла. Чувствуешь?
— Да... — выдохнула она.
— Что — да?
— Да... чувствую...
Он начал двигаться. Не медленно, не постепенно — сразу жёстко, сильно, вколачиваясь в неё так, что она вздрагивала всем телом при каждом толчке. Её пальцы царапали стену. Её стоны — сначала сдавленные, потом всё громче — заполняли гостиную. Он держал её за бёдра, сжимая так крепко, что наутро наверняка останутся синяки, но ей было всё равно. Ей хотелось, чтобы он был ещё грубее. Ещё сильнее. Ещё беспощаднее.
— Ты моя пизда, — говорил он, и его голос был низким, утробным, почти рычанием. — Моя. Ты поняла? Ты поняла, чья ты?
— Твоя... твоя...
— Кому ты принадлежишь?
— Тебе... Андрей... тебе...
— А кто тебя трахает? Кто тебя сейчас ебёт? Он? Или я?
— Ты! Только ты!
— То-то же.
Он взял её за волосы, намотал их на кулак и потянул назад, заставляя выгнуться сильнее. Её голова запрокинулась. Её стоны перешли в почти крик. Он входил в неё всё резче, всё глубже, и с каждым толчком что-то внутри неё разжималось, раскрывалось, освобождалось. Вся ложь, всё притворство, вся вина — всё это вылетало из неё вместе с каждым выдохом.
— Скажи, что ты моя шлюха, — потребовал он, и его свободная рука легла на её ягодицу, а потом отвесила резкий, звонкий шлепок. Ольга вскрикнула. — Скажи.
— Я твоя шлюха, — выдохнула она, и от этих слов, произнесённых вслух, по телу пробежала дрожь наслаждения. — Твоя... блядь... твоя жена... твоя шлюха...
— Вот так, — он шлёпнул её снова, и на белой коже расцвёл красный отпечаток ладони. — Вот теперь ты говоришь правду.
Он сменил темп — стал двигаться медленнее, но ещё глубже, с нажимом, достигая той точки внутри неё, о существовании которой она почти забыла. Она чувствовала, как внутри нарастает знакомая, тугая волна, как мышцы начинают непроизвольно сжиматься, как дыхание становится прерывистым и частым.
— Я сейчас... — прошептала она, и её колени подогнулись.
— Кончай, — приказал он. — Кончай на моём члене. Громко. Чтобы слышали все. Чтобы они услышали, кто тебя на самом деле трахает.
И она кончила. Оргазм был внезапным, мощным, сокрушительным — таким, каких у неё не было с мужем уже много лет. Её тело содрогнулось, мышцы сжались вокруг его члена, и она закричала — громко, не сдерживаясь, выкрикивая его имя вперемешку с бессвязными стонами. Андрей чувствовал, как её тело пульсирует вокруг него, и это ощущение было таким острым, таким пьянящим, что ему пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не кончить прямо сейчас.
Она обмякла в его руках, тяжело дыша, и он позволил ей опуститься на пол — на колени, на тот самый пушистый ковёр в гостиной. Она стояла на четвереньках, упираясь ладонями в ворс, и её волосы рассыпались по плечам. Спина блестела от пота. Ноги дрожали. Но он ещё не закончил.
Черное кружево (1 - 2)