кончике, дроча основание ладонью. Зрелище было невероятно эротичным: в свете из окна я видел, как ее щеки втягиваются, как ее губы плотно обхватывают мою плоть, как по ее подбородку стекает слюна. Я мог только закинуть голову на подушку, стонать и впиваться пальцами в простыни, наблюдая, как моя сестра, с серьезным и сосредоточенным видом, сосет мой член.
— Алис… я снова… скоро… — застонал я, чувствуя знакомое нарастание внизу живота.
Она не отстранилась. Наоборот, она взяла мою руку и положила ее себе на голову, а потом стала опускаться по стволу до самого оснвания, прижимаясь лицом к моему лобку, давая понять, чтобы я кончал. Ощущение того, как налитая кровью головка растягивает горло родной сестры было неописуемым, и больше я не мог сдерживаться! Ее глаза, поднятые на меня, были полны согласия и желания. Это стало последней каплей. Новая, может быть, даже более мощная волна оргазма вырвалась из меня. Я кончил, чувствуя, как член пульсирует глубоко в ее глотке. Она приняла все до последней капли, и только потом, с довольным видом, отпустила мой член и облизнула губы.
Алиса поднялась ко мне, обняла и прижалась щекой к моей груди.
— Ну вот, теперь все, — прошептала она. — Можно наконец и поспать.
Но мы не спали. Мы лежали, обнявшись, и слушали, как бьются наши сердца, теперь уже в унисон. С этого дня для нас началась совсем другая жизнь — жизнь, полная запретных открытий, бесконечной страсти и абсолютного, всепоглощающего влечения друг к другу. Мы стали не просто братом и сестрой. Мы стали любовниками.
Двоюродная сестра