Я посмотрела на него. Потом крикнула детям, чтобы они поторапливались и собирались.
— Ну так что? - Спросил Джим.
— Что ты хочешь от меня услышать, Джим? Почему ты до сих пор так злишься? Ты победил! У тебя есть всё, а у меня ничего. И всё же ты так на меня злишься. Почему ты не можешь просто радоваться тому, что у тебя есть любящая женщина? Почему тебе так хочется добить меня, пока я лежу поверженная?
— Потому, что ты сама во всём виновата.
— И я заплатила за это чёртову цену! Надеюсь, никто из вас никогда не совершит такой же чёртов ошибки.
— Ну, по крайней мере, мне не нужно беспокоиться о том, что она мне изменит.
— Уверена, Рик чувствовал то же самое.
Это были явно провокационные слова, и Кристин быстро вышла из себя.
— Что ты хочешь этим сказать, стерва?
— Я просто говорю, что вы оба строите из себя недотрог, но ты изменила своему мужу и ушла к моему. Но почему-то для тебя это не то же самое, что для меня.
Им это не понравилось, и они принялись орать на меня, когда дети спустились вниз. Я не стала обращать на них внимания и вывела детей на улицу, где у них было полно вопросов.
Я поклялась никогда больше не разговаривать ни с Кристин, ни с мужем. Я не могла дождаться, когда наш развод станет окончательным.
Кстати о Рике: через несколько дней я столкнулась с ним в кофейне, и он набросился на меня с криками, что я разрушила его семью. Он так разорался, что менеджер выставил нас обоих за дверь. А я вся такая - «Какого хрена, чувак, я просто сижу здесь», но менеджеру было плевать.
Я сидела в машине и рыдала. Мне хотелось просто ехать и ехать, пока не кончится дорога.
***
Вот и все. Я стала тем, кого сама ненавидела. И это меня уничтожило.
Но мне не нравился такой финал моей жизни. Несмотря на то, что я несколько месяцев была на самом дне, превратилась в тень себя прежней и погрузилась в глубокую депрессию, я просто не могла заставить себя опубликовать свою историю на "Литэротике", потому что это означало бы, что я смирился с паршивым финалом. Мне казалось, что если я отложу публикацию, то, может быть, мне откроется лучший финал.
И вот это случилось.
Несмотря на то, что моя личная жизнь была в руинах, моя писательская карьера шла как никогда хорошо. Видимо, вся эта боль и страдания пошли мне на пользу.
В общем, меня пригласили на писательскую конференцию в Эшвилле. Было довольно весело. Я вела мастер-класс и участвовала в нескольких панельных дискуссиях. Потом у меня была автограф-сессия в поддержку моего последнего романа, который стремительно поднимался в рейтингах. Очередь тянулась до самой двери. И вдруг подошли Курт и Джессика с книгой в руках.
Он приехал в город на очередной турнир по гольфу, а она просто сияла. Я сразу поняла, что она беременна, хотя живота ещё не было видно. Когда я отошла от шока, они принялись нахваливать мой последний роман и пригласили меня на ужин. Я не собиралась идти, но Джессика так меня упрашивала, что в конце концов я согласилась.
На самом деле это было приятно. Как бы больно мне ни было в тот момент, время помогло мне взглянуть на ситуацию под другим углом. Я никогда не питала иллюзий, что выйду замуж за Курта. Я точно не могла дать ему того, чего он хотел, — стать кем-то, кто
Москва- Орландо