Маринка не ответила, только кивнула, расплывшись в улыбке, и вдруг почувствовала, как что-то отпускает. Она откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Позади остался банкетный зал с тусклым светом, крики Славика, злая мать и квартира, где она больше не была хозяйкой. Впереди — Питер, ИТМО, их первое совместное жильё, о котором она даже не мечтала, и Сашка, который сидел напротив и смотрел на неё так, будто она была самым важным человеком на свете.
Она открыла сумочку, вынула телефон, хмыкнула, увидев кучу пропущенных от матери и от Славика, выключила его и убрала обратно, потом достала старый. Включила.
— Саш, я выйду, мне отцу позвонить надо.
Сашка кивнул, и она вышла в тамбур. Поезд мягко покачивался, за окном тянулись серые крыши складских комплексов, а потом поплыл пригород. Маринка набрала номер отца, долго слушала гудки, и уже хотела сбросить, когда он ответил.
На вокзале было шумно и людно, как всегда в это время суток. Светлана бежала вперёд, сквозь толпу, толкала каких-то людей, извинялась на автомате, искала глазами табло. Злости добавляло то, что она набирала Маринке всю дорогу, а та не ответила ни на один её звонок. Михаил шёл следом, держал её за руку, чтобы не потерять. Славик семенил сзади, как потерянный. На табло горело: поезд отправляется с третьего пути, посадка уже закрыта. Светлана побежала к платформе, но турникет уже не пропускал. Она замерла, глядя на состав, который медленно начал двигаться. Колёса стукнули раз, другой, третий, и поезд поплыл вперёд, набирая ход. Светлана стояла и смотрела, как вагоны уходят в темноту. Где-то в одном из них её дочь. С зайцем. С ноутбуком. С чужим человеком, который пообещал ей другую жизнь... Только с чужим ли?
Светлана медленно опустилась на скамейку у платформы. Михаил сел рядом, обнял её за плечи. Славик стоял в стороне и не знал, куда себя деть. Светлана смотрела на рельсы, на огонёк хвостового вагона, который уже почти исчез. Она закрыла глаза. В голове снова всплыл пустой подоконник, тот самый заяц, который всегда сидел там, у окна, когда Маринка делала уроки. Дочь забрала его с собой. Она забрала всё, что было дорого, и уехала туда, где ей никто не мешал жить так, как она хотела. Светлана поняла, о чём предупреждал муж и что теперь у неё нет выбора. Осталось только ждать, что дочь сама выйдет на связь. Или не выйдет. И это было самое страшное.
Через некоторое время у Михаила зазвонил телефон. Незнакомый номер.
— Наверное по работе, - сказал он и отошёл в сторону.
Ответил на вызов.
— Пап, привет, это я, - услышал он голос дочери. – Не перебивай, пожалуйста.
— Хорошо, я слушаю.
— Помнишь тот разговор на обрыве, у реки, где обещала сказать, если решу что-то?
— Да, конечно.
— В общем, я еду в Питер, поступать в ИТМО. Не одна, с Сашей Ярошем. Скажу сразу, я его очень люблю. Он – мой выбор. Это мой новый номер телефона, маме только не говори, пожалуйста. Есть банковская карта, привязанная к этому номеру на моё имя, если захочешь меня поддержать. Когда приедем, скину адрес, где мы остановились. Спасибо тебе, что всегда был на моей стороне, я очень тебя люблю.
— А что мне сказать маме?
— Не знаю, пап. Просто... я, наверное, не имею права говорить такие вещи, она же моя мать. Но, если честно, то я её ненавижу, вместе со Славиком и тётей Леной. А благодаря Саше, я сумела не сломаться, получила красный аттестат. Прости меня, если считаешь, что я не права, но
Лучшие друзья