Она тут же вскочила с дивана и подбежала к креслу, выпячивая свои груди к нему.
— Да. И на ощупь чудо, - он мял подставленные груди, покручивал вставшие сосочки.
— Ну, а теперь, - он оглянулся на часы, - у нас осталось до полудня. .. чуть больше десяти минут. И... - он внимательно посмотрел на неё. – Тебе осталось продержаться всего ничего. Возьмешь деньги, и мы с тобой распрощаемся большими друзьями, и я даже помашу тебе из окна, - он перестал ласкать её грудь и указал на диван, где она сидела.
"Нет. Я не хочу". – Паулина села на свой диван, и обида захлестнула её. "Как так?! Всё?! Она возьмет эти приготовленные деньги и уйдет? А зачем?. .. После всего?. .. Стало быть, она через несколько минут, оденется, возьмет со стола выигранные деньги и пойдет? Отсюда, из его дома? Она будет идти по дорожке, по упавшим листьям, а у неё в сумочке будет лежать и незримо жечь её сознание эта проклятая тысяча долларов. И на кой черт они будут ей нужны? Сможет ли она потом прикоснуться к ним? Что такого она сможет на них купить? И потом, любая купленная на эти деньги вещь будет для неё немым укором долгие годы?! Одним своим видом!. .. И когда она обернется, одна на мокрой, покрытой опавшими листьями дорожке, он помашет ей?! Из окна! Нет! Это чересчур! Это будет как издевательство! Он останется там, с Джуди, в их интересной насыщенной эмоциями жизни, а она. .. вернется опять в эту надоевшую серую кутерьму?. .. Ну, может потом.. .. Сейчас она возьмет деньги, а потом. .. если это будет её постоянно давить, когда-нибудь она сможет по-другому.. .. Нет! Не будет никакого потом! Она никогда не сможет больше испытать такое! И она никогда больше не будет участвовать в таком пари, потому, что никто и никогда не предложит ей ничего подобного. Ей сейчас предлагают деньги за то, чтобы она не унижалась, не подставляла свою вагину, не вела себя как проблядь, которую хозяин уболтал за полтора часа! Ну. Вроде выбор очевиден! Но почему ей так хочется унизиться и проиграть?! Ох! Ведь он предупреждал, что лучше ей ничего не знать и жить как жила раньше. Да вот только сможет ли она теперь так жить? Жить, зная, что был в жизни такой дьявольский выбор, и она его упустила. И она никогда не сможет в одном переднике прислуживать хозяину дома и его гостям. А, скорее всего, его гости будут в основном мужчины. И она будет ходить среди них голая с подносом в руке и благосклонно принимать, если кто-то захочет погладить её обнаженное бедро или почувствовать упругость её налитой груди. А зачем тогда вообще нужна красивая грудь, если её надо постоянно скрывать от чужих взглядов?! И никто не будет смотреть на её наготу с таким вожделением и восхищением во взгляде. А может, черт подери, любезный мистер Маклин захочет продемонстрировать результаты своего метода и показать своим гостям её покорность? Может он разложит её прямо на столе, вокруг которого будут стоять с бокалами в руках его гости и смотреть, как она корчится в сладостных судорогах под его членом!!! И возможно именно это она будет вспоминать потом. Потом. Все оставшиеся годы".
Ух! Привидеться же такое?! Паулина облизнула пересохшие губы. Трусики её были уже давно мокрые, но она всё равно села раздвинув ноги. Ей уже хотелось, чтобы он видел это.
" Чёрт! Что же делать? Время. .." – она посмотрела на часы.
Парижанка