доме стояла полная тишина. Пол под ногами слегка поскрипывал, но она старалась наступать осторожно. На первом этаже было прохладно и пахло деревом.
Она прошла через гостиную и вышла на крыльцо. Виктор сидел в плетёном кресле, укрыв ноги тонким пледом. На коленях у него лежала раскрытая книга. Седые волосы слегка взъерошены утренним ветром, очки сползли чуть ниже переносицы. Он поднял глаза, едва она появилась в дверном проёме.
— Доброе утро, Анечка! Ты чего не спишь так рано?
Аня остановилась у перил.
— Доброе утро. Да как-то не спится... решила не лежать просто так.
Виктор закрыл книгу, заложив страницу пальцем, и чуть улыбнулся.
— Вы с Димой у нас, конечно, на работе, но не обязательно вставать с петухами. Высыпайтесь вволю, дела подождут.
— Хорошо, спасибо. А вы сами чего не спите?
Он развёл руками и усмехнулся шире.
— Так я же старик, Анечка! Нам положено рано вставать. — Он помолчал секунду. — На самом деле я ещё с молодости так привык. Только раньше на работу бежал, а теперь вот бездельничаю.
Аня кивнула, не зная, куда деть руки. Виктор посмотрел на неё внимательнее и продолжил уже мягче:
— Я хотел тебя поблагодарить, Аня, за вчерашнее. Чувствую себя намного лучше. Даже спал спокойнее.
Она опустила взгляд на доски крыльца. Щёки горели.
— Я... рада, что вам помогло.
Виктор чуть наклонил голову, изучая её лицо.
— Прости за глупый вопрос, но мне показалось, что тебя немного... как бы это сказать... пробрало в конце, вчера?
Аня мгновенно вспыхнула. Кровь ударила в лицо так резко, что даже уши загорелись. Она помолчала пару секунд, потом тихо ответила:
— Вам показалось.
Виктор прищурился, и в глазах мелькнуло что-то лукавое.
— Да, наверняка показалось. Совсем уже старый стал, глаза подводят.
Он снова открыл книгу, будто разговор был самым обычным, и добавил:
— Мне через день-два снова понадобится помощь... Я к тебе обращусь, хорошо?
Аня стояла красная, как рак. Горло пересохло. Она кивнула слишком быстро.
— Да, конечно... Ладно, я пойду, начну работой по дому заниматься, если вы не возражаете.
Виктор добродушно махнул рукой в сторону двери.
— Конечно, конечно. Только сильно не загоняй себя с самого утра.
Аня вернулась в дом и сразу принялась за работу. Чтобы вытеснить тяжёлые мысли, она ушла в дела с головой. Сначала спустилась в подсобку, где стояла стиральная машина, и принялась разбирать накопившееся бельё. Простыни, наволочки, рубашки, носки — всё сортировала по цвету и типу ткани, загрузила первую партию и включила машинку. Пока барабан гудел, она набрала в ведро тёплой воды, добавила средство и принялась за окна на первом этаже.
Начала с гостиной. Подоконники были широкими, стёкла крупными. Аня вставала на стул, тянулась вверх, тщательно протирала рамы, потом сами стёкла изнутри. Вода стекала по рукам, капала на пол, мышцы плеч и спины приятно ныли от напряжения. Физическая работа действительно помогала. Мысли о сне, о Викторе, о вине перед Димой отодвигались на задний план, оставляя только ритм движений и запах чистящего средства.
Когда сверху послышались шаги и голоса, Аня уже закончила с окнами и перешла на кухню. Поставила кастрюлю с кашей, нарезала хлеб, достала из холодильника масло и сыр. Вскоре один за другим начали спускаться мужчины. Равиль буркнул что-то про доброе утро, Сергей ещё сонный сел за стол, Виктор появился последним, с книгой под мышкой.
Дима спустился чуть позже остальных. Он выглядел отдохнувшим, в свежей футболке, волосы ещё чуть влажные после умывания. Увидев Аню у плиты, он широко улыбнулся ей своей тёплой, открытой улыбкой, от которой у неё всегда становилось легче на душе. В этот раз улыбка ударила прямо в грудь. Внутри снова поднялось душащее
Я, сестра и одинокая дача 2 часть