Клубящиеся облака причудливыми фигурами плыли по весеннему небу. На клумбах распустились подснежники. Наступивший май, словно взяв в руки баллончик с зелёной краской, забрызгал кроны деревьев яркой молодой листвой. Около собора Святой Троицы, собирались нарядно одетые люди. Женщины повязывали на головы платки, чтобы войти в церковь по правилам. Вскоре для венчания, на белом украшенном “Мерседесе” прибыли жених с невестой.
В глубине прилегающего к храму парка, если хорошо присмотреться, можно было увидеть одинокую фигуру женщины. Она наблюдала издалека. Для Ольги Николаевны праздника вокруг будто не существовало. Она стояла, прячась за стволом клёна, и заламывала руки. Покрасневшие глаза то и дело снова наполнялись влагой. Телефон был в беззвучном режиме, со множеством пропущенных звонками. Чувства её были такими, как будто было раскрыто давнее преступление. Если бы не то, что произошло между ней и сыном сегодня утром, возможно ей было бы не так плохо.
Сможет ли она переступить порог храма?.. Бог, вероятно, должен сразу убить её на месте, ведь Ольга Николаевна великая грешница! Но не ходить в церковь, на церемонию венчания сына, она тоже не может. Уже через двадцать минут таинство венчания должно начаться и Андрея у неё отберут. У сына будет новая жизнь с молодой женой.
А начиналось всё давно и безобидно. В детстве она купала Андрюшу в ванной и всё напоминало игру. Когда мать мыла сыну яички и маленький писюн и попу, Андрюша сводил ноги и смеялся:
— Мама, мне там щекотно!
— Терпи казак, атаманом будешь! Надо всё хорошо помыть, чтобы микробы не завелись!
— Ну мама, перестань, щекотно же!!
Сын постепенно рос, и от этих игр он перестал смеяться, за то у него начал вставать маленький член. Тогда, Ольга поймала себя на том, что каждый раз, когда моет сыну пах, она тоже испытывает возбуждение. Дыхание сына становилось глубоким и прерывистым. Ещё до того момента, как рука Ольги касалась его яичек, орган мальчика начинал сам собой подниматься и пульсировать, в предвкушении удовольствия. Они оба испытывали эти волнующие чувства. Тайное единение матери и сына, при котором, Ольга, порой, могла вознестись на седьмое небо. Мать, подергивая член сына, чувствовала, как внизу её живота её приятно колют рожками маленькие чертенята. Оргазм, который она испытывала, был долгим и приятным, как ни с кем из мужчин. Не каждое мытье, заканчивалось для Ольги этим подарком, но долгожданный улёт можно было получить и позже, в постели. Прекрасно понимая умом, что делает с сыном неподобающие вещи, она успокаивала себя тем, что её Андрей ещё недостаточно взрослый и ничего не понимает. Но оба, конечно, хорошо понимали, и ждали заветного момента.
— Мама, помой меня пожалуйста там! — слегка стесняясь, как будто мать может отказать, каждый раз просил Андрей. И мать, раз за разом не отказывала.
— Может уже хватит, сынок? — спрашивала Ольга, дыша глубоко, заранее зная ответ сына.
— Нет мамочка, помой меня там ещё! И она “мыла”.
Так всё и продолжалось. Через пару лет, Ольга Николаевна заметила, что крайняя плоть сына, начинает постепенно раскрываться, выпуская головку из своего плена. Скоро её Андрей сможет залупить её. Процесс взросления неумолимо шел вперёд и очевидно, им точно пора заканчивать со странными играми, грозившими перейти нечто иное. Но как это сделать, если сын каждый раз просит, а Ольга не в силах отказать? Она честно хотела остановится, но почему-то не могла, вновь и вновь впадая вместе с сыном в сладостный транс единения. Сердца их, в тот момент, снова и снова стучали в унисон. Рука матери в мыльной пене, то играла яичками сына, то пальцы сжимали
Игрушка для жены