к клитору, Женя нажимает, и головка скользит к створкам влагалища, легко размыкает их, входит. Практически не больно. Казалось бы, чужая плоть ритмично снуёт в тебе, однако, почему-то душа готова петь. Твоё существо не воспринимает чужеродный предмет враждебно. Сверху давит тело, распяв. Отныне и на всегда мы теперь вместе. Женя ускоряется. Невидимые нити опутывают их. Движения становятся резче. В измождении падает на Марину, жарко дышит в висок, в промежности член пульсирует, что-то горячее орошает шейку матки. Он взял её.
Отдышавшись минутку, Женя поднимается и снова начинает толчки. Марина обхватывает ногами. Так удобнее и приятнее, член входит глубже. Горячий стержень выплескивает очередную порцию спермы. Волна истомы накрывает девчонку.
Через неделю пара сняла комнату в бывшей малосемейке, стартовала семейная жизнь. Оба сошли с ума от чувств. Именовали себя муж и жена. Соседи утрами хихикали, встречаясь с молодыми.
Женя окончил вуз, сразу сыграли свадьбу. Переехали в родной посёлок мужа. Марина перевелась на заочку, пошла работать в местную школу, пока библиотекарем. Беременность. На свет появился прекрасный сынишка. Лев Николаевич прав, все счастливые семьи похожи друг на друга. Муж носил Марину на руках. Обожал сына. Со свёкрами сложились добрые отношения, ради счастья молодых старики готовы были в лепёшку разбиться. Купили дом. Обустроились. И в интиме дела обстояли прекрасно. Их тянуло магнитами друг к другу. Постель скрипела еженощно. Женька не страдал комплексами, его язычок побывал во всех укромных местечках отзывчивого Марининого тела. Нередко член заглядывал в подтянутую попку. Ей нравилось. Оргазма не испытывала, но при таком контакте возникало чувство, будто даже её душа попала в собственность мужа.
Однажды в журнале Марина прочла исповедь женщины, рассказывавшую об её опыте доминирования над мужем. Дама откровенно делилась интимными подробностями. И утверждала, что они стали значительно ближе. История прочно поселилась в голове. Нашла в интернете видео с фемдомом. Особенно потрясли эпизоды пеггинга. Ярко представила Женю в коленно-локтевой позиции. «Он должен стать моим. Он будет моим. Точка.»
Несколько раз, как бы невзначай, заговаривала о разных сексуальных практиках, выводя на нужную. Но Женя, и слушать не желал. Однажды брезгливо поморщился и ответил: «Милая, у каждого человека должно быть что-то сокровенное, принадлежащее только ему. Я бы свою жопу не разменял ни на какие плюшки. Есть вещи неприкасаемые.» Марину особенно возмутила часть про сокровенное, принадлежащее только ему. Её он значит пользует во все щели и даже в душу. Ничего сокровенного неприкасаемого не оставил. А у себя, стало быть, сохранил. Ну уж дудки. Приступила к разработке плана. Во-первых, заказала анальную пробку с хвостиком, наручники, цепочку с прищепками, двусторонний безремневой фаллоимитатор, подглядела у лесбиянок, с одной стороны вставлялся в промежность, с другой использовался в роли пениса и, гвоздь программы, брутальный чёрный страпон с широким кожаным поясом. Ей показалось, он по толщине примерно соответствует Женькиному члену, подумаешь длиннее на пять-шесть сантиметров. Ждала подходящего момента, в минуты, когда муж отсутствовал, доставала свои сюрпрайзы, примеряла, воображая сцены своего доминирования и беспрекословной покорности мужа. «Любимый, я стану для тебя большим чёрным другом. Я насажу тебя на свой член, ты примешь каждый сантиметр. Я буду жёстко тебя иметь. Я трахну тебя в самую душу.»
Приближался Новый год. В ночь перед праздником Марина ублажала мужа от души, стараясь размягчить перед важной беседой. Поочерёдно подставила под его член промежность и прямую кишку. Третий раз довела до пика ртом. Вымотались оба. Отдыхали, обнявшись.
— Женя, давай напишем друг другу по желанию на Новый год обменяемся записками. Спрячем их. Я твоё открою 23 февраля и исполню, а ты моё 8 марта.
В больнице