— Здесь слишком шумно. Может, поднимемся в лаундж-зону на втором этаже? Там музыка потише, можно нормально поболтать и отдохнуть. Вид на танцпол отличный, диваны удобные. Не против?
Сергей кивнул, глядя на Алину:
— Да, там спокойнее. Если хотите — пошли. Если нет — остаёмся здесь.
Марина быстро посмотрела на дочь — взгляд был тревожным, показывающим, что она не готова идти дальше. Алина, однако, ответила азартной улыбкой и согласилась за маму:
— Конечно, пойдёмте! Здесь действительно шумно.
Они встали и направились к лестнице.
Поднимаясь, Марина чувствовала лёгкую дрожь в ногах от каблуков и выпитого. На втором этаже Матвей открыл дверь в лаундж-зону.
Комната была просторной, с большим панорамным окном, выходящим прямо на танцпол внизу. Мигали огни, но звук был приглушённым. В центре стоял накрытый столик с напитками и закусками, два больших дивана, стоящих друг к другу под углом. Играла спокойная, атмосферная музыка — низкий бит без резких переходов.
Они сели: Марина и Матвей на один диван, Алина и Сергей — на другой. Здесь было заметно тише и уютнее.
В лаундж-зоне было заметно спокойнее. Приглушённый свет, мягкие диваны и панорамное окно, за которым продолжала кипеть жизнь танцпола. Марина села на диван рядом с Матвеем. Ткань платья снова слегка задралась, и она одёрнула её, чувствуя прохладную кожу дивана под бёдрами. Алина устроилась напротив с Сергеем. На столике уже стояли свежие напитки — лёгкие коктейли и вода.
Матвей повернулся к Марине, его голос звучал ниже в тишине комнаты:
— Здесь гораздо лучше. Можно нормально поговорить. Расскажи о себе. Чем занимаешься, когда не ходишь по клубам с «сестрой»?
Марина улыбнулась, делая маленький глоток. Алкоголь продолжал мягко расслаблять тело, а вид на танцпол внизу создавал странное ощущение — будто они наблюдают за вечеринкой со стороны.
Разговор потёк спокойнее. Матвей рассказывал о своей работе, иногда шутя. Его рука лежала на спинке дивана за спиной Марины. Пальцы время от времени касались её плеча — лёгкие, почти невесомые движения. Каждый раз по коже пробегала тёплая дрожь. Сергей с Алиной на своём диване тоже разговаривали оживлённо — его рука уже лежала на её колене.
Марина почувствовала, как тепло от близости Матвея и алкоголя снова нарастает. Она повернула голову, и их взгляды встретились. В комнате было достаточно темно, чтобы огни с танцпола отражались в его глазах.
Матвей наклонился ближе. Его рука с плеча спустилась на талию Марины, притягивая её к себе. Ткань платья натянулась, декольте слегка раскрылось. Она не сопротивлялась — тело откликалось на каждое движение. Его пальцы медленно погладили бок, спускаясь ниже к бедру. Дрожь стала сильнее, особенно когда его ладонь легла на обнажённую кожу выше края юбки.
Сергей на другом диване тоже придвинулся к Алине. Их поцелуй начался первым — тихий, но заметный. Алина ответила, положив руку ему на грудь.
Матвей посмотрел на Марину и спросил шёпотом:
— Можно?
Она едва заметно кивнула. Он поцеловал её снова — уже глубже, чем на танцполе. Язык медленно исследовал, рука на бедре сжималась чуть сильнее. Марина почувствовала, как по телу разливается горячая волна. Её рука невольно легла ему на грудь, ощущая твёрдость мышц под рубашкой.
Поцелуи становились длиннее. Матвей целовал её шею, слегка прикусывая кожу. Марина тихо вздохнула — ощущение было острым на фоне приглушённой музыки и вида на танцпол внизу. Его рука поднялась выше по бедру, пальцы зашли под край короткой юбки, поглаживая внутреннюю сторону. Дрожь пробежала по ногам.
Алина и Сергей на своём диване уже почти лежали, обнявшись. Их дыхание было слышно в тишине лаундж-зоны.
Марина отстранилась на миг, чтобы перевести дыхание. Матвей смотрел на неё с улыбкой, не убирая руку
Воспоминание