чтобы сойти с ума. Но в тот же самый момент под общее покачивание кровати я чувствовал, как мой член стоял, налитый кровью. Я не мог ничего сделать против Макса. Его авторитет был выше моей смелости.
Внезапно совсем рядом я услышал, как Лена застонала. Так, как я не слышал ни разу.
— Кончила, сучка, ща подожди, я тоже скоро кончу.
Лена кончила? Это невозможно. Она никогда не кончала со мной. Она объясняла это строением своего тела и успокаивала меня, что во время секса получает удовольствие, да не оргазм, но очень схожее. Это всё было ложью. Макс заставил её кончить. Макс. Не я.
Амплитуда движений стала активнее, и, произведя несколько мощных толчков, Макс захрипел. Его хрип был странным. Это я уже потом понял, что в это время он целовал Лену. Её губы приглушали его хрип. Он кончил. Он кончил в Лену. Это было отвратительно. Она же могла забеременеть. Но его это волновало меньше всего.
— Бля, классная ты, братишке повезло с тобой.
В ответ была тишина. Лена молчала. Макс ушёл. Через несколько минут Лена тихо спала. Я повернулся и увидел, как она аккуратно, завернутая в одеяло, мирно спит. Не было ничего, что могло сказать о том, что здесь было несколько минут назад. Я смотрел на неё и не понимал, что делать. Кто я? Муж или тряпка? И почему у меня стоит?
Я лежал, смотря в потолок. Тёмный, с трещинами, которые я знал наизусть. В голове было пусто. Только где-то на дне, глубоко, ворочалось что-то тяжёлое. Стыд. Злость. Бессилие. И возбуждение. Это проклятое возбуждение, которое не проходило. Я чувствовал, как кровь прилила к члену, как он пульсирует, требуя разрядки. Но я не мог. Не с Леной. Не после того, что она пережила. Не после того, что я видел. И не после того, что я слышал.
Я встал. Тихо, чтобы не разбудить. Пошёл в ванную. Закрыл дверь, включил свет. Посмотрел на себя в зеркало. Лицо бледное, глаза красные. Не спал толком уже вторую ночь. Под глазами тёмные круги. Я выглядел как человек, который сломался. И, наверное, я и был сломан.
Я открыл холодную воду, набрал в ладони, умылся. Вода обожгла лицо, но не помогла. Мысли не уходили. Я думал о Лене. О том, как она стояла на коленях в коридоре. Как сосала ему. Как он держал её голову. Как она умоляла не говорить мне. Я думал о том, как лежал в постели, пока он трахал её. Как слышал её стоны. Как она кончила. С ним. Не со мной.
Я думал о Максе. О том, как он вошёл в квартиру. Как схватил Лену за задницу. Как смотрел на неё весь вечер. Как остался на кухне. Как пришёл в спальню. Как залез на мою жену. Как кончил в неё. Как будто это было в порядке вещей. Как будто он имел на это право. Как будто я был никем.
Я думал о себе. О своей слабости. О своём страхе. О том, что я даже не попытался его остановить. Ни тогда, в коридоре. Ни сейчас, в постели. Я просто лежал и слушал. И возбуждался. Как последний трус. Как ничтожество. Как тряпка.
Я вернулся в спальню. Лена спала. Я лёг рядом, стараясь не касаться её. Смотрел на её спину. На то, как она дышит. Ровно, спокойно. Как будто ничего не было. Может, для неё это действительно было ничем? Может, она смирилась? Может, ей даже понравилось? Эта мысль обожгла меня изнутри. Я отогнал её. Нет. Она плакала. Она не хотела. Он заставил.
Деревня