видел, что у них ещё есть несколько бутылок. Из еды на столе был салат, пельмени быстрого приготовления и котлеты. Я взял котлету и начал её есть. Вкуса не чувствовал. Просто жевал, чтобы не упасть.
Лена сидела, смущаясь. Но самое неприятное было то, что она как будто смущалась меня. Моих взглядов. Она отводила глаза, когда я смотрел на неё. Как будто ей было стыдно. Но за что? Что же тут произошло?
— Время поздно, нам завтра на работу. Мы пойдём спать.
— Куда пойдём? Иди, если хочешь, а нам тут весело, правда, Ленусик?
Один из мужчин решил возразить мне, но сразу же был остановлен моим братом.
— Стопэ, он всё правильно сказал. Идите.
Его кореш пытался возразить, но у него не особо это получалось. Авторитет Макса был непререкаем. Даже здесь, в моём доме, среди его друзей, он был главным. Он всегда был главным.
Оставшись с Леной, я начал спрашивать её, что случилось, когда она пришла и не приставали ли к ней.
— Я испугалась, что потеряла телефон, позвонила на него с телефона коллеги, там ответил Макс. Он сказал, что придут его друзья и нужно приготовить. Я с работы взяла котлет, пельменей и по мелочи для салата. Я не помню твой номер наизусть и не смогла позвонить. Думала, ты придёшь в это же время. Приехав домой, я не застала Макса и своего телефона. Я начала готовить, а потом пришли они. Макс привёл этих мужиков, и, увидев меня, они сразу начали говорить комплименты. Я приготовила всё, они смотрели на меня и обсуждали мою фигуру.
Когда Лена рассказывала это, я сжимал кулаки. Наша спокойная размеренная жизнь летела в пропасть. Всё, что мы строили два года, рушилось на глазах. Из-за него. Из-за моего брата.
— И что потом?
Незаметно для себя я осознал, что от её рассказа член стоит колом. Это отвратительное чувство возбуждения, когда не просто у тебя привстал, а именно стоит так, что не опустить и силой. Я ненавидел себя за это. Но ничего не мог поделать.
— Я устала, Саша, давай завтра договорим, время поздно, завтра рано вставать.
Я согласился с ней, и мы легли. Макс, мой брат, что ты творишь? Я уснул от сильного опьянения, но сон был чутким. Я слышал, как захлопнулась дверь. Потом Макс был один, он говорил сам с собой. Что-то бормотал, смеялся. Потом тишина. Потом шаги.
Внезапно я проснулся от шёпота.
— Лен, Лен, проснись.
— Что тебе? Уйди!
— Да ладно, что ты ломаешься, он спит, мы тихонечко.
Я лежал спиной к жене и лицом к стенке. Я понимал, что он пристаёт к ней, что хочет от неё секса. Но я был зажат. Ничего не мог с собой сделать. Лежал и боялся. Как тогда, в двенадцать лет, во дворе. Только теперь я боялся не чужих пацанов, а собственного брата.
— Прекрати, я не хочу, тут Саша. Не надо.
— Да ладно тебе. Дай разочек, после зоны никого не было. От тебя не убудет. Он же мой брат, мы родственники.
— Прекрати, не надо.
Послышались звуки борьбы, и всё затихло. Тихий стон Лены, лёгкий толчок, что заставил даже меня немного вздрогнуть. Я понимал, что он в ней.
— Ты же сама хочешь, вон какая мокрая и горячая, потекла вся.
Я слышал, как Лена издаёт звуки, не похожие на плач и не похожие на стоны. Это нечто было посередине. А Макс начал активнее вставлять и шатать кровать. Так унизительно и обидно лежать в постели, когда твою жену трахает другой. Я ничего не видел, я только слышал и чувствовал, но этого было достаточно,
Жертва 5-я- 8-я части