вода отдавала горечью, пить её было практически невозможно. Когда основная часть корма была съедена, я, всё ещё чувствуя голод, принялся вылизывать языком остатки со дна. Унижение стало полным, когда Джанет схватила меня за волосы и, сильно дёрнув голову вверх принялась стирать кухонной губкой остатки еды вокруг моего рта.
После завтрака супруга вывела меня на задний двор. Наш одноэтажный дом располагался на небольшом склоне, поэтому от крыльца к земле вели три ступеньки и спускаться по ним мне было крайне неудобно, главным образом потому, что когда колени оказывались позади бёдер проклятая "смирительная штуковина" тут же больно дёргала меня за яички. Медленно и осторожно пришлось спускаться боком, балансируя, пытаясь не завалиться на бок. Зрелище, вне всякого сомнения, было столь же нелепым, как езда на тракторе по канату под куполом цирка.
Купание собаки
Оказавшись во дворике я было уже решил, что сейчас она исполнит свою угрозу и раздастся команда "апорт", но этого не случилось. Оглядываясь назад, жалею, что всё вышло иначе. Произошедшее далее стало настоящим кошмаром, ужасом, адской пыткой.
Джанет повела меня в дальнюю часть участка, где я увидел недавно построенный садовый сарайчик, стоящий на бетонной площадке, в середине которой был устроен водяной слив, а сама она была накрыта тентом, который поддерживали массивные деревянные столбы.
— Я построила это, пока ты был в той поездке за границей. Кажется, подрядчик подумал о моём сумасшествии, узнав, что слив должен быть подключён к канализации. Пришлось придумать отговорку, что ты, мол, хочешь здесь мыть газонокосилку, смывая остатки травы и грязи прямо в сток. Он был еще больше озадачен, — она громко рассмеялась, — когда я потребовала установить столбы и тент. Это чтобы ты мог заниматься пересадкой растений любую погоду.
Джанет вывела меня на бетонную площадку и развернула спиной к сарайчику. Отстегнув мой поводок, женщина прицепила к кольцу на ошейнике цепи, закреплённые на двух столбах. Мне стало тревожно, когда она протянула дополнительные цепи от углов сарая и закрепила их вокруг моих ног. Теперь я был полностью обездвижен: цепи на ногах — Джанет называла их "задними лапами" — не давали мне вынести колени вперед, а ограничитель не позволял отвести их назад. Попытки двинуться в сторону блокировались цепями, прикреплёнными к ошейнику.
Супруга установила на траве передо мной конструкцию, напоминавшую мольберт с укороченными ножками. На него она поставила довольно большое зеркало в раме. Джанет улыбнулась своему отражению и произнесла:
— Хочу, чтобы ты видел всё, что будет происходить. Какое же это удовольствие — наблюдать за твоим унижением, беспомощностью и осознанием твоего падения!
Она направилась в сарай и вышла оттуда, держа в руках какой-то странный резиновый предмет фаллической формы с коротким шлангом, оканчивающимся чем-то вроде округлого резервуара. Нечто, напоминающее большой кухонный таймер, было принесено следом.
Как и вчера, женщина решила проинформировать меня о назначении хитроумных приспособлений, приобретённых или украденных из больницы. Получая садистское упоение от полного контроля над моим телом и неизбежности последующих мук, она, с хищной улыбкой и назидательным тоном, начала подробное объяснение, показывая мне предмет, напоминающий по форме пенис:
— Пёсик, это наконечник клизмы. В больнице он используется в основном для очистки кишечника пациента, находящегося без сознания. Внутри есть тонкая металлическая трубка с односторонним клапаном, а снаружи — гибкая резиновая оболочка. Её вводят в прямую кишку, а затем сжимается помпа, оболочка раздувается, плотно прилегая к стенкам ануса, что исключает любую утечку жидкости. Затем подсоединяется шланг клизмы к задней части трубки — можно быть уверенными на сто процентов, что пациент удержит столько жидкости, сколько требуется. Пациентам, находящимся в сознании, это доставляет некоторый дискомфорт,
ПЬЕДЕСТАЛ. Вектор 3