Я никогда не изменяла мужу. Пока однажды он сам не попросил меня это сделать. Если бы двадцать лет назад мне сказали, что он будет застегивать мне чулки перед свиданием с другим мужчиной, я бы рассмеялась им в лицо.
Мы с Сергеем вместе уже двадцать три года. Мы всегда были той самой красивой парой — он высокий, статный, с широкими плечами и уверенной улыбкой человека, который привык добиваться своего. Я всегда была рядом: яркая, ухоженная, с той особой женской силой, которая не кричит о себе, а просто есть. Мы строили бизнес вместе, поднимали сына, путешествовали, смеялись, ссорились и мирились. Всё было по-настоящему. Живое.
Но годы шли, и в какой-то момент между нами поселилось это тихое, почти незаметное ощущение. Мы по-прежнему любили друг друга. Очень. Но секс превратился в привычку. Тёплую, нежную, предсказуемую. Я знала, как он кончит через три минуты после того, как войдёт в меня. Он знал, как я люблю, когда он целует мне шею. Всё было комфортно. И всё было… мало.
Я начала ловить себя на мыслях. На случайных взглядах в кафе, в зале аэропорта, на улице. На том, как моё тело вдруг отзывалось на чужой мужской голос, на чужие руки. Мне было стыдно. Я молчала.
Тогда мне казалось, что Сергей ничего не замечает. Сейчас я понимаю, какая была дура. Двадцать три года рядом с человеком учат читать друг друга лучше любых книг.
Он замечал всё.
Как я чуть дольше обычного смотрю вслед красивому мужчине. Как иногда вдруг замолкаю посреди разговора. Как улыбаюсь каким-то своим мыслям. Как задерживаю взгляд там, где раньше даже не остановилась бы.
Он ничего не спрашивал. Вообще ничего. Но иногда я ловила на себе его взгляд.
Не ревнивый. Не злой. Скорее задумчивый.
Тогда я не придавала этому значения. А потом, много позже, он признался, что именно тогда начал бояться.
Не того, что я уйду.
Не того, что изменю.
Он боялся другого. Что однажды я посмотрю на него и пойму, что мне не хватает…чего? жизни?
И не скажу об этом.
Сергей всегда был умнее меня. Пока я пряталась от собственных желаний, он уже пытался их понять. Потом он рассказывал, как долго спорил сам с собой. Как убеждал себя, что это просто фантазии.
Что всё пройдёт. Что у нас хорошая семья, хороший брак, хорошая жизнь.
Но мысль возвращалась снова и снова. Особенно в те моменты, когда он видел меня среди других людей. В ресторане. В аэропорту. На каком-нибудь мероприятии.
Он начал замечать то, что раньше принимал как должное. Что мужчины смотрят на меня. Смотрят часто. С интересом. С желанием.
И самое странное — его это не только раздражало. Ему это нравилось. Совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы испугаться самого себя.
Он говорил, что первое время даже злился на себя за эти мысли. Пытался их прогнать. Но чем сильнее прогонял, тем чаще они возвращались.
А потом случился вечер, который он вспоминал ещё много лет.
Я сидела напротив него на кухне, рассказывала какую-то ерунду про работу, смеялась, размахивала руками, как всегда делаю, когда увлекаюсь. И вдруг он поймал себя на мысли, что просто любуется мной.
Не женой. Не матерью его сына. Не бизнес-партнёром.
Женщиной. Красивой. Живой. Настоящей.
И тогда впервые подумал:
«Я не хочу владеть ею. Я хочу, чтобы она была счастлива.»
Наверное, именно тогда всё и началось. Хотя ни он, ни я этого ещё не понимали.
Однажды ночью, когда мы уже лежали в темноте, он притянул меня к себе и спросил тихо, но твёрдо:
Олечка (часть 5)